"Рекрутская повинность, подати, обеспечение народного продовольствия и распространение грамотности в крестьянстве", г. Голубцова. Статья эта касается вопросов, которые имеют несомненную важность в деле устройства быта помещичьих крестьян и теперь особенно выдвигаются вперед, когда главные основания этого дела (надел крестьян землею за выкуп или в постоянное пользование впредь до выкупа за определенные повинности) уже, можно сказать, почти решены общественным мнением. Вопросы о преобразовании рекрутской повинности и порядка взимания податей г. Голубцовым только слегка затронуты; точнее он разбирает недостатки нынешней системы обеспечения народного продовольствия, которые заключаются, по мнению г. Голубцова, в том, что в сельские запасные магазины хлеб засыпается по числу только душ ревизских, не считая женщин, и что ежегодные взносы хлеба в магазин прекращаются по достижении в магазине известной пропорции хлеба, а именно по одной четверти ржи и по получетверти ярового на каждую душу. Г. Голубцов думает, что правильного обеспечения народного продовольствия можно бы достигнуть установлением постоянного ежегодного взноса хлеба в магазины с каждой души или устройством мирской запашки. С этим трудно вполне согласиться. Если пропорция хлеба, указанная в настоящее время, мала (г. Голубцов доказывает, что ее может быть достаточно в случае голода на прокормление крестьян лишь в течение трех месяцев), то можно доказывать необходимость увеличить ее; но из этого еще не следует, что нужно отменить всякое указание нормального количества хлеба, какое должно накопиться в магазинах для достижения предположенной цели, а сбирать хлеб постоянно, сколько бы его ни накопилось и хотя бы количество его и превышало уже действительную надобность. Нам случилось года два тому назад лично убедиться в невыгодных последствиях такого порядка. В одной губернии по какому-то административному недоразумению сбор хлеба в магазины продолжается ежегодно, хотя в магазины давно уже засыпано указанное его количество. Что же выходит? Крестьяне, не видя конца сбору, не понимая, к чему ведет такое накопление хлеба, когда им в ссуду выдают все-таки не более четверти наличного хлеба, а остальной лежит так, смотрят на взнос хлеба как на новую повинность и стараются под всеми возможными предлогами и всеми законными и незаконными путями избежать пополнения ее. Мерные магазины, построенные соответственно законной пропорции хлеба, не могут вмещать лишнего засыпа, который ссыпается в амбалах, где поверить количество его невозможно; а как по магазинным книгам весь хлеб, засыпанный как в магазине, так и в амбарах, записывается вместе, то поверить по книгам наличное количество хлеба тоже невозможно. В магазине хлеба мало: вам скажут, что сверх того в амбарах столько-то (а правда это или нет, неизвестно) и что магазинный хлеб роздан в ссуду крестьянам... Вообще всякое требование, основанное на здравых соображениях и на справедливости, должно быть определенно и ясно; неопределенное требование всегда представится произвольным.
По нашему мнению, одно из главных неудобств нынешней системы запасных магазинов заключается в затруднениях и формальностях, с которыми сопряжено для крестьян получение в ссуду хлеба. Там, где закон строго соблюдается, где в действительности, а не на бумаге только магазины наполнены указанным количеством хлеба (то есть далеко не везде), там, как мы лично имели случай убедиться, крестьяне считают запасный магазин неприкосновенным казенным имуществом. Ссуды получать из него так трудно, что независимо от так называемого крестьянами казенного магазина крестьяне сами устраивают cвой общественный магазин, куда засыпают хлеб добровольно, но зато и получают оттуда без всякого правительственного контроля. Это мы видели в нескольких оброчных помещичьих имениях, где крестьяне были вверены собственному своему управлению и делали это без всякого побуждения со стороны помещика. Стало быть, крестьяне легко могут понять пользу общественных запасных магазинов, а не любят собственно казенных.
На это могут сказать, что предоставление распоряжения хлебными запасами крестьянским обществам без правительственного надзора не может обеспечить народного продовольствия на случай общего голода, что крестьяне будут заботиться об удовлетворении ежегодных своих нужд, будут брать хлеб весною и засыпать осенью, но не позаботятся о составлении большого запаса на случай совершенного неурожая. Это, может быть, и справедливо; но тогда лучше всего отделить обеспечение народного продовольствия в крайних случаях (что должно составлять предмет заботливости правительства) от обеспечения ежегодных нужд крестьян, что может быть вполне предоставлено обществам с указанием им только некоторых правил для устройства сельских магазинов, но без обременения крестьян при выдаче ссуд обязанностью испрашивать разрешения у начальства... На случай же голода могут быть устроены правительствам в известных пунктах особые запасные магазины, которые должны находиться под постоянным надзором начальства и откуда ссуды должны допускаться лишь во время голода. С улучшением путей сообщения общественное продовольствие может быть значительно обеспечено запасными капиталами, с помощью которых при местных неурожаях можно будет выписывать хлеб из других губерний.
Г. Голубцов вполне сознает необходимость распространения между крестьянами грамотности. С этой целью он предлагает вменить в обязанность каждому сельскому обществу делать ежегодно денежный сбор, определенный заранее мирским приговором и достаточный на устройство сельской школы. На это, по мнению г. Голубцова, потребуется незначительная сумма. Изба, нужная для сельской школы, легко найдется; книг, бумаги и чернил потребуется немного; учителя за 25 руб. в год можно найти в сельском священнике или его причте. Многие жены, сестры и дочери помещиков, как полагает г. Голубцов, с готовностью примут со временем на себя обязанности сельских учительниц. Курс учения будет начинаться осенью, после уборки полей, и кончаться великим постом, потому что весной и летом даже дети нужны и полезны в крестьянском хозяйстве.
"Ответы по устройству быта помещиков и крестьян", г. Шепелева. Характер и направление статьи этой будут достаточно ясны, если мы приведем из нее буквально некоторые места. Буквально мы считаем нужным привести их для того, чтобы нас не заподозрили (как то сделал раз г. Протасьев по поводу разбора его статьи) в преувеличении несправедливых в отношении к крестьянам предположений автора-помещика; да и в самом деле выражение подобных идей в настоящее время довольно неправдоподобно: le vrai quelquefois n'est pas vraisemblable {Правда не всегда правдоподобна. -- Ред. }.
"Теперь наши крестьяне поселены по большей части подле помещичьих усадеб, что было весьма удобно при крепостном праве; но по освобождении крестьян близость эта только послужит поводом к частым неприятным столкновениям и тяжбам. Помещику должно быть предоставлено право указать крестьянам места для их нового поселения; а никак нельзя при этом основываться на обоюдном соглашении помещика и крестьян. Конечно, крестьяне пожелают остаться на теперешних своих местах, ибо помещики для поселения крестьян, своих крепостных, а не свободных, избирали лучшие места в своих дачах; но помещики не могут согласиться уступить эти места свободным крестьянам и перейти со своими, часто многоценными усадьбами в места не столь удобные. Можно положить за правило, чтобы помещик назначал для нового поселения крестьян два или три места, из которых крестьянам предоставить право выбора.
Перенесение крестьянских усадеб вообще должно совершиться на счет самих крестьян, коим помещики даруют свободу.
Собственно оседлость крестьянскую в наших местах составляют не более 200 кв. сажен на душу; но, кроме того, крестьянину нужно иметь выгон и полезно иметь хотя небольшую полевую запашку. Для всего этого в наших местностях достаточно одной десятины на ревизскую душу, больше чего помещики уделить и не могут. Такое количество земли обеспечит крестьянское продовольствие и выполнение обязанностей пред правительством.
Половина крестьян может уходить для заработков в дальние местности, а другая половина будет наниматься в батраки у ближайших помещиков. Таким способом они приобретут для своих домов до 1 400 рублей серебром в год. 40 тягловых работниц в наших местностях, нанимаясь жать и вязать хлеб, как это и теперь делается, выработают более 100 четвертей ржи; их поля и огороды легко обработаются затяглыми".
Короче сказать, г. Шепелев предлагает сделать из крестьян-земледельцев не землевладельцев, а батраков. Хорошее улучшение быта! И какая польза крестьянам в их усадьбах и огородах, если целая половина их для снискивания себе пропитания должна, по отзыву самого автора, уходить ежегодно в дальние места? Уж тогда лучше бы не навязывать им и усадеб; тогда эта половина крестьян совсем переселилась бы в те дальние места и приобрела бы там оседлость на более выгодных условиях. Понятно еще, что можно говорить о наделении одними усадьбами батраков там, где они теперь есть (например, в тех уездах Витебской губернии, где землей пользуются не все крестьяне, а только хозяева, или фермеры, обрабатывающие свои 20-десятинные участки с помощью батраков); но решиться предлагать образование батрачества там, где его не было, отнятие у крестьян той земли, которой они пользовались и которую они орошали своим потом не одно столетие, и присоединение земли этой к господским полям для образования каких-то огромных плантаций -- это уж что-то слишком странно! А что, если помещику вздумается запустить часть этих плантаций под лес: куда денутся тогда крестьяне с своим трудом и с своими дорого выкупленными усадьбами? При фермерном хозяйстве батраку перейти от одного фермера к соседнему недалеко, Да и фермер, обязанный платить ренту, не может сократить своего хозяйства. А помещику, имеющему 20 000 десятин земли, нетрудно отделить из них под лес хоть 300 и оставить без работы соответственное число крестьян, которым придется или бросить усадьбы, или ходить далеко на заработки, разлучаясь беспрестанно с семьею. А г. Шепелев остается своим предположением совершенно доволен и говорит еще, что помещики приносят великую жертву, освобождая личность крестьян. Хороша жертва! Всякому известно, что свободный и голодный ирландец работает лучше и стоит дешевле, чем негр, работающий из-под палки.