Палаты скоро соберутся; они примут меры для упрочения царства законов и ограждения прав нации.
Конституция отныне будет истиною.
Людовик-Филипп Орлеанский".
Мы приведем также программу самой крайней из партий, игравших заметную роль в июльские дни. Составители этой программы, которая осталась недействительной, потому что показалась всем благоразумным людям слишком уже отважной, были не просто либералы, а республиканцы, то есть горсть людей, ушедших неизмеримо далеко вперед от либералов. Но что же и эта программа обещала собственно для народа? Ровно ничего дельного не обещала она,-- вот ее текст, слишком оправдывающий наше грустное суждение:
"Франция свободна.
Она хочет конституции.
Она дает временному правительству только право призвать ее к установлению формы правления.
В ожидании того, пока она выразит свою волю новыми выборами, уважение к следующим принципам:
Отменение монархической власти;
Управление государства исключительно людьми, получающими власть от избрания нации;