"С удовольствием, сестра моя, - говорит Алексей Петрович. - Но вам сколько лет, милая сестра? Осьмнадцать?"
"Скоро будет девятнадцать".
"Но еще нет; потому положим осьмнадцать, и будем все исповедываться за жизнь только до восьмнадцати лет, потому что нужно равенство условий. Я буду исповедываться за себя и за жену. Мой отец был дьячок в губернском городе и занимался переплетным мастерством; {Далее было: чтобы можно было жить} моя мать пускала на квартиру семинаристов. С утра до ночи и мать, и отец все толковали о куске хлеба. Отец выпивал, - но только оттого, когда приходилась нужда невтерпеж, {Далее начато: или когда} - это реальное горе, - или когда доход был порядочный, - он отдавал матери все деньги и говорит: "ну, матушка, теперь, слава богу, на два месяца нужды не увидишь, - а я себе полтинничек оставил, на радости выпью" - это реальная радость. Моя мать часто сердилась, иногда бивала меня, но тогда, {ведь тогда} когда у ней, как она говорила, поясница отнималась от тасканья корчаг и чугунов, и мытья белья {полов} на нас пятерых и на пять человек семинаристов, и мытья полов, загрязняемых нашими двадцатью ногами, не носившими калош, {Текст: и мытье белья ~ калош, вписан.} и ухода за коровой, - это реальное раздражение нерв чрезмерною работою без отдыха, - и когда при всем при этом "концы с концами не сходились", как она говорила, {Далее было: это} то есть нехватало денег на сапоги кому из нас, братьев, или на башмаки сестрам, - это реальное горе. Она ласкала нас, но только тогда, когда {Далее было: могла купить нам} мы, хоть и глупенькие дети, сами вызывались пособить ей в работе, или когда {когда было} мы делали что-нибудь другое умное, или когда выдавалась {она выдавалась} ей редкая минута отдохнуть и ее поясницу "отпускало", как она говорила, - это все реальные радости".
"Ах, довольно ваших реальных радостей и горестей!" {Далее было: Ну, исповедуйтесь}
"В таком случае, позвольте начать исповедь за жену".
"Не хочу слушать, {Далее было: будут} в ней точно такие же реальные горести и радости". {Далее было: ведь она мне рассказывала}
"Совершенная правда".
"Но, быть может, вам интересно будет выслушать мою исповедь", говорит Серж, неизвестно откуда взявшийся.
"Посмотрим".
"Мои отец и мать, хотя были люди богатые, точно так же вечно толковали о деньгах, - и богатые люди не свободны от таких же забот".