13 5"Выбранные места из переписки с друзьями" (Спб., 1847 г.) Гоголя в основном включают его письма за 1845--1846 гг. Полное одобрение в этих письмах существующего в России общественного строя, изложенное к тому же в пророческом тоне, вызвало резко-отрицательную оценку этого издания со стороны западников (см. известное письмо Белинского к Гоголю, чтение которого вменялось петрашевцу Ф. М. Достоевскому в основную вину). О впечатлении, произведенном этой книгой, "Москвитянин", близкий к славянофилам, писал: "В течение двух месяцев по выходе книги она составляла любимый живой предмет всеобщих разговоров. В Москве не было вечерней беседы... где бы не толковали о ней, не раздавались бы жаркие споры, не читались бы из нее отрывки. Действие "Мертвых душ" не было столь, значительно, как действие "Переписки": первое отдалось звонким хохотом на всю Россию, не везде хорошо сознанным, не везде благотворным; второе разбудило мысль, привело в движение мнения, подняло вопросы" ("Москвитянин", 1848 г., No 1).
14 "Герой нашего времени" Лермонтова отдельным изданием вышел в 1840 г. Именно в этом издании впервые опубликованы были "Максим Максимыч" и "Княжна Мери" ("Бэла", "Фаталист" и "Тамань" напечатаны были раньше в "Отечественных записках" -- 1839 г., тт. 2 и 6 и 1840 г., т. 8). Второе издание этого произведения вышло в 1842 г. и третье -- в 1843 г. Первое собрание сочинений Лермонтова издано Смнрдиным в 1847 г.
15 Н. Г. Чернышевский вырос в религиозной семье, корни религиозного мировоззрения в нем заложены были глубоко и критический пересмотр основ этого мировоззрения протекал у него крайне болезненно. Многие страницы "Дневника" дают яркую картину этого внутреннего кризиса Чернышевского в студенческие его годы; 2/VIII 1848 г. он записывает: "Старого держусь более по силе привычки", отмечает свое настроение в церкви (1/IX, 13/IX), подробно разбирается в этом мучившем его вопросе" (25/IX).
16 В студенческие годы Чернышевского складывались основные положения его общественно-политических воззрений, на что несомненно решающее влияние оказали революционные события в Европе. Чернышевский констатировал: "Кажется, я принадлежу к партии крайних, ультра" (2/VIII 1848 г.), "я террорист и последователь красной республики" (2/IX), "я стал по-убеждениям в конечной цели человечества решительно партизаном социалистов и коммунистов и крайних республиканцев, монтаньяр решительно" (18/IX). Чернышевский нащупывал верную основу революционных переворотов, видя ее в общественных отношениях (7/VIII, 7/IX и др.) и обнаруживал особый интерес к радикальным деятелям современных ему революционных событий в Европе, правда, не всегда четко отдавая себе отчет в действительной роли отдельных лиц (см., например, явную переоценку им роли Л. Блана).
17 Совместная жизнь с родственниками на одной квартире, к тому же малоудобной, крайне мешала Чернышевскому,-- он стеснялся приглашать к себе своих товарищей (в частности -- В. П. Лободовского), принужден был время работы по вечерам согласовывать со своими сожителями, экономившими на свечках, и т. д. Естественна поэтому его мысль -- поселиться отдельно or Терсинских.
18 Имеется в виду французское учредительное собрание 1848 г., выбранное в конце апреля и состоявшее в основном из умеренных республиканцев при значительном меньшинстве орлеанистов. Социалисты на выборах повсюду потерпели поражение, проведя в собрание лишь небольшое число своих представителей. Разработанная учредительным собранием конституция в замаскированной общими принципами "свободы, равенства и братства" форме укреплял" основы буржуазного строя -- "декларативный принцип конституции должен был прикрыть ее реакционную сущность" (Маркс). По этой конституции, наряду с представительным собранием выборных депутатов, устанавливалась фактически независимая от него власть президента, также выбираемого прямым голосованием.
19 О своей будущности Чернышевский пишет в "Дневнике" довольно часто, что и понятно накануне окончания университета. Но ясности в этом у него нет -- он то сознает свое превосходство над товарищами (29/VIII и 28/IX), то сомневается в своих способностях (18/VIII); он то мечтает об ученой деятельности, то о работе в области журналистики. Как правило, все же Чернышевский сознает свои исключительные способности и не раз пишет о той крупной роли, которую он призван сыграть в будущем; некоторые (из этих записей имеют почти пророческий характер (23/IX и 24/IX 1848 г. и 2/I, 11/VII 1849 г.).
20 Речь идет о возможности избежать взноса платы за учение в университете. Для этого нужно было достать через полицию свидетельство о несостоятельности, чем Чернышевский и был озабочен до первых чисел октября, когда, наконец, в выдаче такого свидетельства ему было отказано (см. 7/Х).
21 В соответствии с этой пренебрежительной характеристикой русской действительности стоит следующая запись "Дневника" от 18/IX: "Россию уважаю мало и даже почт"не думаю о ней". Но эта оценка Чернышевского оказалась неглубокой -- уже 23/IX он признает, что "пришло России время действовать на умственном поприще", а 11/XII, после разговора с петрашевцем Ханыковым, мысль о возможности революции в России кажется . ему уже довольно обоснованной.
22 "Библиотека для чтения" -- ежемесячный журнал "словесности, наук, художеств, промышленности, новостей и мод". Издавался в 1834--1864 гг. в Петербурге: с 1834 по 1858 г.-- А. Ф. Смирдиным, а с 1859 по 1864 г.-- В. Н. Печаткиным. Редакторами журнала были: О. И. Сенковский и Н. И. Греч (1834 --1836), один Сенковский (1837--1856), А. В. Дружинин. (1856--1860). А. Ф. Писемский (1860--1863) и П. Д. Боборыкин -- по 1864 г. В 30--50-х годах был одним из самых распространенных "толстых" журналов, особенно популярный в провинции. До середины 50-х годов не имел четкой принципиальной линии, выступая, однако, защитником существующего порядка, и стремился дать подписчикам (а к 40-м годам их было уже до 7 тыс. человек) лишь "занимательное чтение". Ср. характеристику Сенковского, данную Чернышевским в "Очерках гоголевского периода".