Г-жа А. Глинка была известна в нашей литературе, как переводчица довольно многих пьес Шиллера, в том числе "Песни о колоколе". Долго нам не случалось слышать о ее новых литературных трудах. Мы думали, что почтенная писательница покинула перо -- и вдруг... мы видим прекрасную "Графиню Полину", очаровательницу аристократических салонов, обязанную своим грациозным существованием г-же А. Глинке. Встреча столь же приятная, как и неожиданная. Сколько психологической мудрости, сколько прелестных светских выражений, или, по выражению почтенной повествовательницы, перл слога, рассыпано в этом простом и наставительном рассказе! Мы не помним, чтобы с тех отдаленных времен, когда мы наслаждались повестями почтенного С. Н. Глинки, нам удавалось читать что-нибудь столь отрадное и успокоительное для души. Но и в повестях самого Сергея Николаевича не находили мы такого тонкого знания обычаев и языка высшего общества! Истинно, мы, люди старого доброго времени, над которыми подсмеиваетесь вы, господа молодые люди, имели превосходных писателей, и благодарность, глубокая благодарность наша почтенной г-же А. Глинке, которая осталась верна литературным преданиям нашего века, сохранила палитру своего почтенного однофамильца и родственника и решилась показать нам, людям испорченного вкуса, как писали в златой век нашей литературы,-- читайте и учитесь, молодые писатели! Как все просто и невинно, как все живо и верно в ее повести! Тут нет ухищренностей, которыми увлекаетесь вы, но зато и какая прелесть, какая примирительная грация!
"Легко и свободно впорхнула в Английский магазин молодая, блестящая графиня Полина" -- так начинается повесть г-жи А. Глинки. В наряде этой графини "обнаруживалась артистическая утонченность: на ней было платье самого нежного цвета гри-де-лен, сверху донизу украшенное пуговицами из перл", Избалованная всеми родными и прикащиками английского магазина, блестящая графиня Полина была нетерпелива и капризна. Недовольная тем, что еще не готов ее браслет, она "закричала с визгливым порывом гнева: Mon Dieu! quelle déception!" {Боже мой! Какой обман!-- Ред.} При этом визге, приподнял на графиню глаза "высокого роста молодой человек, серьезное лицо которого выражало ум и какую-то суровость. Он вдруг выпрямился и очень зорко и сурово окинул пышную красавицу с ног до головы иронически-холодным взглядом", и ушел из магазина. Вы понимаете, что Полина влюбилась в незнакомца, что он сначала будет пренебрегать ею, как девушкою пустою и капризною, что неразделенная любовь доведет Полину до дверей гроба, смирит и исправит ее, что незнакомец окажется князем, что, узнав о критическом положении Полины, лежащей одною ногою в гробу, о глубокой страсти ее, об исправлении ее от всех возможных недостатков, он вознаградит ее за раскаяние и любовь предложением своей руки с огромными поместьями: все это вы уже вперед знаете, даже знаете, что у князя есть соперник, комический злодей, камергер в парике, интригующий, чтобы отстранить возможность объяснения между Полиною и князем, а у Полины есть наперсница, Лиза, которая объясняет князю достоинства и страдания Полины, а Полине дает наставления и подает надежды,-- все это вы знаете вперед, даже предчувствуете, как будут описаны чувства Полины, ожидающей жениха... нет! вы не угадали немного: отправляющейся с отцом в деревню к жениху, потому что не жених приезжает сватать ее, а пишет ее отцу: "приезжайте ко мне в деревню; я готов жениться на вашей дочери". Этого обстоятельства никто не мог бы предусмотреть; но все равно: ошибка читателя касается только второстепенного пункта, а главное он отгадал,-- именно то, что чувства графини Полины, отправляющейся в деревню к жениху, описываются следующим образом:
Мы не последуем за графиней. Все возможные описания счастья не могут подойти под настоящее. Для того, что душа перечувствует в эти счастливые минуты, нет у человека слов. И одно ожидание встречи было для Полины, конечно, выше всех мелочных удовольствий света: это -- развитие полной жизни. И мы оставляем нашим читателям дополнить воображением недосказанное нами.
Таким образом, содержание повести наперед известно читателю, едва он успел выслушать от нас, о чем рассказывается в ней на первых двух-трех страницах. Но что ж из того? Разве повесть теряет свой интерес? Нимало; ведь вся важность состоит в том, как развивается автором это содержание, каким прекрасным слогом написана повесть, какими красками рисуются лица, как ведутся разговоры, какие хитрости придумывают Лиза и старый камергер,-- одна, чтоб устроить, другой -- расстроить свадьбу. Вот что интересно для читателя. Мы удовлетворим его любопытству.
После встречи с незнакомцем, "Полине, без особенной причины, худо спалось. На другой день, черты лица ее повытянулись, около глаз были синеватые круги", ей скучно, она едет в "Изделья" -- что это такое? -- "Изделья"?-- так называют Полина и камергер на своем элегантном языке магазин русских изделий -- коварный камергер, чтоб заглушить в зародыше страсть Полины, сказал ей, что незнакомец, ее пленивший -- "сиделец в Издельях" -- Полина делает смотр сидельцам: незнакомца нет меж ними. Она с облегченною душою едет в английский магазин. Незнакомец уж там; он покупает табакерку. Ему предлагают на выбор две табакерки. Он пристально посмотрел на них и --
После нескольких минут молчания обратился к купцу и самым чистым французским языком спросил у него:
-- Как вы находите, которая из двух табакерок лучше?
-- Милостивый государь, это дело вкуса и моды; цена им равная.
-- Дело не в цене теперь,-- прибавил незнакомец:--а я желал бы, чтоб в подарках руководствовало чувство. Приятно было бы соединить и то и другое.
-- Без сомнения, м. г. -- Если табакерка для пожилой особы, мне кажется, эта казистее.