Э. Ты, кажется, просто умничаешь на основании того предубеждения, что каждое средство, придуманное человеком, -- а к этим средствам ты относишь всякое государственное устройство, -- непременно должно быть ошибочно.
Ф. Нет, не на основании одного предубеждения.
Э. Но ведь тебе было бы трудно указать хотя одно из тех невыгодных следствий.
Ф. Которые необходимо возникают и из наилучшего государственного Устройства? Не одно, десять готов указать тебе.
Э. Укажи сначала одно.
Ф. Итак, мы принимаем, что найдено наилучшее государственное устройство; мы принимаем, что все люди в мире живут под этим наилучшим устройством,-- ну, что ж? Будут ли в таком случае все люди в целом мире составлять одно государство?
Э. Едва ли; управление столь огромным государством было бы совершенно невозможно. Потому это государство должно было бы разделиться на многие государства меньшего объема, которые управлялись бы по одинаковым законам.
Ф. То есть: люди и тогда были бы попрежнему немцами и французами, голландцами и испанцами, русскими и шведами и т. д.
Э. Разумеется.
Ф. Вот у нас одно уж и есть. Не правда ли, каждое из этих государств имело бы свой собственный интерес, и члены его защищали бы интерес своего государства?