Но и не то удивительно, что между новыми людьми нашлись такіе духоборцы; удивительно, что они выдержали это испытаніе, несмотря на молодость, цѣлые три года и остались такими же библейскими отроками, чистыми и невинными, какъ-будто они выходили не изъ общей квартиры, а изъ пещи огненной.
Поучительный урокъ старичкамъ-идеалистамъ, которые непремѣнно нашалили бы и испортили весь романъ г. Чернышевскаго. Слѣдовательно, этотъ первый, чисто-духовный бракъ Лопухова и Вѣры Павловны опровергаетъ только то обвиненіе, которое взводится на матеріалистовъ, будто они очень падки къ грѣху. Примѣръ молодыхъ супруговъ осязательнымъ образомъ опровергаетъ такой фальшивый взглядъ спиритуалистовъ, на своихъ противниковъ.
Для этого и существовалъ въ романѣ бракъ Лопухова съ Вѣрой Павловной. Собственно бракъ и брачныя отношенія начинаются только послѣ женитьбы Кирсанова на Вѣрѣ Павловнѣ. Разводу Вѣры Павловны съ Лопуховымъ и оправданію его посвящены многія, но темныя и сбивчивыя страницы. Видимо авторъ бьетъ противъ чего-то, противъ какой-то неясной вещи, и не можетъ ее себѣ объяснить.
Чего бы казалось проще: ни Лопуховъ не любитъ Вѣру Павловну какъ жену, ни она Лопухова, какъ мужа; она любитъ другаго и уже ясно понимаетъ жажду любви. Но, рѣдкая въ "прежней", не новой женщинѣ странность: чѣмъ меньше Вѣра Павловна любитъ Лопухова, тѣмъ больше она даетъ правъ Лопухову, какъ мужу. Пусть разсмотрѣніемъ этой пикантной черты займутся наши дамы, а я буду продолжать. Лопуховъ, однакожь, ясно видитъ новыя отношенія жены къ другому, новыя чувства. О чемъ же хлопочетъ авторъ, какая трудность для этихъ людей разойтись, тѣмъ больше, что у нихъ нѣтъ главнаго звѣна, скрѣпляющаго обоюдо-тяжелыя цѣни брака -- нѣтъ истинной любви ни съ одной стороны, и нѣтъ дѣтей?
А между тѣмъ, вы видите, что авторъ чувствуетъ что-то не такъ. Мы ему скажемъ, что здѣсь не такъ: ненужно было совсѣмъ брака между Лопуховымъ и Вѣрой Павловной; ни старые люди этого не дѣлали, ни новые не будутъ дѣлать. Сдѣлать благородное дѣло, спасти дѣвушку изъ вертепа въ Гороховой, Лопуховъ могъ какъ-нибудь иначе. Не такъ поступилъ г. Чернышевскій. Допустивъ однажды этотъ бракъ, какъ средство спасти бѣдную дѣвушку отъ погибели, авторъ долженъ былъ мотивировать этотъ бракъ. Явились благодарность, уваженіе, стремленіе къ однѣмъ и тѣмъ же благороднымъ цѣлямъ, и наконецъ, самое важное -- молодость, молодость, которая въ призмѣ видитъ жизнь, и съ помощью другой, такой же молодой жизни, бросается впередъ... Тутъ г. Чернышевскій встрѣтился съ другими неодолимыми препятствіями. Если одного уваженія, какъ мы прежде объясняли, было мало для брака, то молодости, сочувствія, стремленія къ однѣмъ и тѣмъ же цѣлямъ, одинаковаго развитія и благородства, было слишкомъ достаточно, чтобъ внушить любовь. Не уродъ же какой нибудь Лопуховъ! Такъ нѣтъ, непремѣнно нуженъ разводъ, иначе не было бы и романа. Тутъ выходитъ наружу новая движущая пружина любви -- симпатія. А такъ-какъ ея не было между Лопуховымъ и Вѣрой Павловной, то молодые люди и могли прожить вмѣстѣ, точно монахи въ кельяхъ. Допустивъ несообразность такого сожительства, необходимую для того, чтобы показать благородство "новыхъ людей", авторъ потомъ выпутывается изъ нея, точно изъ какого-то кошмара. Почему Вѣрѣ Павловнѣ понравился Карницынъ, почему она въ него влюбилась, а не въ Лопухова -- вы никогда не поймете. "Симпатія" говоритъ авторъ, а читатель не видитъ симпатіи.
Но, свершилось: она влюбилась; новый человѣкъ очень хорошо понимаетъ, что онъ долженъ ее уступить тому, кто ей нравится. Связи между Лопуховымъ и женой нѣтъ никакой: любви нѣтъ, дѣтей нѣтъодна привычка. Но что значитъ привычка для людей въ 25 лѣтъ?
Новый человѣкъ уступаетъ свою жену другому; но я замѣчу этому новому человѣку: прекрасно брать уроки у г. Авдѣева (Подводный Камень), но всегда нужно съ благодарностью вспоминать того, кто выучилъ чему-нибудь хорошему.
Здѣсь же мы принуждены сказать г. Чернышевскому, что онъ нетолько не рѣшилъ труднаго вопроса, онъ и не задавалъ его себѣ. Трудность рѣшенія началась бы только тогда, еслибы Вѣра Павловна влюбилась въ Кирсанова, а Лопуховъ, послѣ четырехлѣтняго скромнаго сожительства, несмотря на свою холодную кровь, почувствовалъ бы наконецъ то влеченіе и ту симпатію къ женѣ, которой прежде у него не было. Еслибы потеря жены для его тихаго и скромнаго характера сдѣлалась вполнѣ несчастьемъ, а въ это же время, Вѣра Павловна, опираясь на симпатіи душъ, уѣхала бы съ Кирсановымъ -- вотъ первое затруднительное положеніе.
Далѣе, еслибъ у Вѣры Павловны съ Лопуховымъ были дѣти, что весьма вѣроятно, допустивъ тѣ странные пароксизмы любви къ мужу, которые она чувствовала при началѣ своего увлеченія къ Кирсанову -- какъ тогда быть? Связь между мужемъ и женой, вступившими въ бракъ безъ симпатіи, была бы сильна черезъ дѣтей, а между тѣмъ новая симпатія къ Кирсанову уничтожала бы всю сущность прежняго брака? Это вѣдь тоже могло бы быть.
А еще и вотъ что могло бы быть: Кирсановъ, человѣкъ такой благородный, слишкомъ близко сошелся съ тою прекрасною швеею, которая впала въ чахотку, Настенькою Крюковой. Но положимъ, что Крюкова была совсѣмъ не такъ болѣзненна, и одарена даже цвѣтущимъ здоровьемъ. Кирсановъ позволилъ себѣ съ нею всѣ тѣ наслажденія, которыя другой Кирсановъ, Тургеневскій, дозволилъ себѣ, во имя крѣпостнаго права, съ Феней. Но тотъ идеальный старикъ, Тургеневскій, покрылъ свой старческій грѣхъ женитьбой, а Кирсановъ г. Чернышевскаго, молодой "новый" человѣкъ бросилъ въ швейную свою возлюбленную, Крюкову, и въ это же время позволилъ себѣ влюбиться въ Лопухову. Чтобъ замять такой щекотливый вопросъ, г. Кирсанова", младшій, или "новый", заставилъ Крюкову умереть отъ чахотки, чтобъ развязать себѣ руки и жениться на Лопуховой. Но не всегда же чахотка приходитъ на выручку въ трудныхъ житейскихъ вопросахъ. Представьте, что Крюкова жива, что уунея дѣти -- какъ бы тогда поступилъ Кирсановъ-младшій, уже разлюбившій бѣдную швею, такъ его обожавшую? Какъ бы онъ продолжалъ развивать свою симпатію къ г-жѣ Лопуховой? Вотъ вѣдь гдѣ жизненные вопросы. Мы говоримъ: жизненные, потому что кругомъ отъ нихъ страдаетъ наше общество. Ничего не стоитъ вступить въ связь съ бѣдной дѣвушкой, которая ниже по образованію; но вѣдь она имѣетъ тѣ же права на счастье, какъ и высокообразованные Кирсановы и Лопуховы. Особенно пріятно даже наслаждаться нѣсколько лѣтъ такимъ полу бракомъ, а потомъ бросить свою забаву, выставить себя жертвой новаго увлеченія, новой симпатіи, бросить дѣтей и предложить свои симпатіи другому, молодому, но образованному существу. Молодое, образованное женское существо, найдя "новаго" человѣка симпатичнымъ, ввѣрятъ ему свою судьбу, а общество, которое не допуститъ, по своимъ законамъ, брака между ними, будетъ считать вторую жену не женой, а возлюбленной. Такъ какъ же рѣшаютъ эти вопросы "новые" люди? мы желали бы это знать, потому что старые люди рѣшали ихъ очень часто дурно, и не всегда кирсановскія Фени были такъ счастливы, какъ въ романѣ г. Тургенева.