Кайданов. Да что вы слышали? Значит, не в подробности слышали, когда говорите так равнодушно. У отца три сестры, у матери две, -- одна старая девушка, те четыре -- вдовы, да теток прибавьте, тоже до трех набирается, -- а у вдов дети, двадцать две души набирается, все старые, хилые, да малые, беспомощные. Кроме собственного потомства, отца ее и матери, -- все мал-мала-меньше эти-то, ее сестры и братья. Посудите же вы, как благородный человек, что со всеми этими людьми будет, -- двадцать девять душ их, ---что с ними будет, я вас спрашиваю? Сердце кровью обливается при одной мысли об этом!
Полянский. Я думаю, что вы сам понимаете, какой вздор говорите. Неужели вы хотите уверить меня, что посылаете им денег? Кому же неизвестно, сколько доброты в вашем характере? Кроме того я знаю, что отец вашей супруги уездный предводитель, дает обеды и вечера, если бы вы и не были такой человек, каким все знают вас, семейство вашей супруги не нуждалось бы в вашей помощи.
Кайданов. Не нуждалось бы в моей помощи, говорите вы! А известно ли вам, что все эти люди живут...
Явление 10
Те же, Глашенька.
Глашенька (входит ухмыляясь и охорашиваясь). Ха-ха-ха, Аркадий Тимофеевич, мне стыдно; что они обо мне подумают?
Кайданов (любезно). Ничего я о вас не подумаю, потому что в этом состоит самое прекрасное занятие для всякой девицы (берет ее за руку, держит перед собою, потом сажает). Ничего я о вас не подумаю, кроме того, что вы душечка, розанчик, -- о, да и в самом деле, какая вы красоточка! Дайте-ка мне полюбоваться вами.
Глашенька. Кхи, кхи. Мне стыдно, Аркадий Тимофеевич.
Кайданов. Милашечка, душечка, розанчик, махровый розанчик! Да-с, Аркадий Тимофеевич, так о нашем деле (поглядывая на Глашу). Вы говорите, нуждаются ли они в моей помощи, когда он дает обеды? Вы говорите: посылаю ли я им денег? Точно, не посылаю. А что вы скажете, когда...
Глашенька (чешет бок и старается достать почесать лопатку). Чешется.