— Слушаюсь, Ваше Высокородие. Промеж дверей пальцев не положу.
Денщик, что ж. Человек казенный. Самовар раздул, мягкие закуски для старой барыни на стол шваркнул. В чашку надышал, утиральником вытер, из варенья муху выудил горсткой, обсосал, — дело свое знает.
Отдохнула старушка. В столовую вкатывается, коленкор ейный гремит, будто кровельщик по крыше ходит. Сзади Кушка хрипит, по сторонам, падаль, озирается, собачью ревизию наводит.
Заварила она чаю, половину топленых сливок себе в чашку ухнула, половину Кушке. Голландской работы собачка простого молока не трескает.
Денщик-Митька стоит у окна, мух на стекле подавливает, ждет чего дальше будет.
Старушка на блюдечко дует, невинную речь заводит:
— Что ж ты, друг ананасный, барином своим доволен?
— Так точно. Командир натуральный. Дай Бог каждому.
— Гости у вас часто бывают?
— Батюшка полковой заворачивает. Странники кое-когда проходящие… Хозяин дома вчерась водопровод проверять приходил. Крантик у нас ослабемши…