— Так. Выпивает командир с ними, что ли?
— Не без того, выпивают-с. Клюквенный квас у нас отменный после барыни остался.
— Квас, говоришь?.. Ну, а сам он куда отлучается, не примечал ли?
— Примечал, как же-с. В манеж ездят на занятия. В бане третьяго дня парились. В парикмахерскую завсегда ходят. Волос у них жесткий, — дома не бреются…
— Так-так. На словах твоих хоть выспись… Ну, а где ж он обедает без барыни? В собрание ходит?
— Никак нет. Я им кой-чего стряпаю. По средам-пятницам — рыбка. А так — либо каклеты, либо телятина под безшинелью.
Вскинула барынина мамаша глазки: из блохи, мол шубу кроишь, да мне не по мерке.
— Вечерами что-ж твой барин делает?
— Псалтирь читают. Другие господа на биллиардах, а они все псалтирь… Либо по тюлю крестиками вышивают.
Харкнула старушка со злости. Ишь, охальник, — руки по швам, язык штопором.