-- Тысячи полторы или больше.
Она вдругъ встала и отошла къ роялю. Я не видѣлъ ея лица, но, казалось мнѣ, чувствовалъ ея взглядъ -- испытующій и насмѣшливый.
Ерченковъ, замѣтивъ, должно быть, что сболтнулъ лишнее, перемѣнилъ разговоръ.
Я не вытерпѣлъ и скоро у шелъ.
- И вы лгали, значитъ,-- шепнула она мнѣ, прощаясь.
Что я почувствовалъ... ну, да тебѣ все равно.
На другой день я опять зашелъ. Она встрѣтила меня привѣтливо и весело -- искренно или притворно, я не могъ догадаться. Очень была ласкова какъ будто за вчерашнія слова извинялась... Но о тебѣ не упоминала.
Вотъ и все. Можетъ быть, повторяю, не все еще пропало... Во всякомъ случаѣ, ничего не хочу скрывать отъ тебя. Напиши мнѣ, я совсѣмъ потерянъ.
Твой Зябляковъ".