Отъ Далевича Евгеніи Сергѣевнѣ.
24 октября.
"Такъ давно не получалъ я ни одной строчки отъ васъ! Другъ мой, забудьте все, что я писалъ вамъ раньше о денежной помощи: обстоятельства измѣнились. Зябликовъ писалъ мнѣ (давно уже -- теперь что-то умолкъ), что Ерченковъ, этотъ злой шутъ, которому, бывало, очень доставалось отъ меня за склонность ко лжи и сплетнямъ, вралъ что-то по поводу моего несчастія -- вралъ въ вашемъ присутствіи, мои бѣдная. Глупый! Онъ не зналъ, что ваша чистая душа гнушается темной клеветы. А, впрочемъ, тутъ я самъ виноватъ отчасти: не желая, да и не имѣя права открывать все -- я написалъ кое-кому (помнится, и тетушкѣ-баронессѣ Штааль), что обвиняюсь въ "общемъ", а не иномъ преступленіи. И вотъ этотъ шутъ пользуется этимъ... какъ мало онъ знаетъ васъ, моя хорошая!
Бросьте мнѣ хоть одну строчку отвѣта. Я такъ измученъ, такъ одинокъ...
Вашъ Викторъ".
XVI.
Отъ Евгеніи Сергѣевны Далевичу.
"Викторъ Борисовичъ. Очень прошу васъ простить и забыть меня. Вчера я дала слово Михаилу Андреевичу Зябликову, и мама благословила насъ.
Е. Варгина".
Ф. Червинскій.