И опять — тот же шепот:
— Хочу…
Сладкий ужас сильнее овладевал им…
— Кто это? — вскрикнула она, вдруг остановившись.
Хомяков поднял глаза, сброшенный с облаков, и увидел Алексашу.
— На сцене Ромео, Джульета… и кормилица, — изрек тот трагическим голосом. — Эй, Ромео, куда?
Но Хомяков не отвечал и быстро скрылся в глубину сада.
— Те же — без Ромео.
— Ну зачем вы спугнули его? Он такой милый, ваш звездочет, — заметила Валентина, смеясь.
— Га! Он был у ваших ног?