Совсем разошлась баба, закрыла лицо руками и кричит:
- Уходи туда, откуда пришел! Муж разозлился.
- Я, - говорит, - уйду, да только за дубинкой, а потом покажу тебе, живой я или мертвый! Послала меня с утра в лес за дровами. Хлебы собиралась печь. А сама пошла на рынок. Натрескалась водки и все позабыла.
Жена жалобным голосом отвечает:
- Ох, как ты ошибаешься, муженек. Я и близко водки не видела. Вот уж год, как ты умер. Я думала, ты успокоился, каждый день к смерти готовлюсь, чтобы соединиться с тобой на том свете. Уже и гроб себе купила. Гляжу на него и очищаюсь от грехов своих и земной тщеты. Вот он - этот гроб. Видел бы ты, как Доротин муж Незамысл тужил по тебе! С тех пор как ты умер, дня не проходит, чтоб он тебя не оплакивал. А Подивин, муж Мыслены, за этот год священником стал. Если не веришь мне, сходи посмотри. Ох, да чего же я, бедная, разнесчастная, дожила! Хоть и рада, что тебя снова вижу, да как мне позор людской пережить! Люди пальцами на меня показывать будут, смотрите, мужа могила не принимает! После смерти бродит, стращает! Сраму не оберешься!
Заморочила мужу голову, тот стоит, как ошалелый, и не знает, сон это или явь. Вдруг его осенило. Побежал к Незамыслу, глянул в окно, видит - тот сидит у печки, рыдает. Откуда было ему знать, что Незамысл вырвал себе два зуба и плачет от боли? Юдитин муж уж не стал заходить в избу, побежал к Подивину. Подошел к окну, заглянул - и верно: Подивин, одетый в ризу, сидит за столом и в книгу уставился. 'Так и есть: видно, я взаправду умер!' - подумал Юдитин муж и вприпрыжку побежал домой.
Приходит домой и говорит:
- Ну, теперь я верю тебе, женушка: должно, был я и впрямь мертвый. Что же нам теперь делать? Как людского сраму избежать? Сделай милость, посоветуй!
- Не знаю, дружок, - говорит жена, - что и придумать. Остается одно - ложись-ка ты снова в гроб, а я пойду к священнику, похлопочу о погребении.
Мужик согласился, лег в гроб, а жена побежала к деревенскому священнику насчет похорон. Священник поверил, что муж Юдиты вдруг скончался, и на другой день пришел к ней с певчими. После отпевания поставили гроб на дроги и повезли на кладбище. Когда проезжали болото, священник обернулся и сказал: