Молодые люди весьма не воздержны въ своемъ дружествѣ, наипаче основанномъ на взаимныхъ утѣхахъ, которое часто имѣетъ худыя слѣдствія. Побуждаемы будучи пылкостію и неопытностію своего возраста, разгорячась увеселеніями, а болѣе ещё можетъ быть виномъ, обязуются, и въ самомъ дѣлѣ въ то время надѣются обязаться вѣчнымъ другъ къ другу дружествомъ, и безъ всякой осторожности изливаютъ одинъ другому сокровеннѣйшія чувствованія своей души. Но послѣ столь же не осторожно разрушаютъ сію взаимную довѣренность, сколь неосторожно ее учинили: ибо новыя утѣхи и новыя мѣста разрываютъ сей слабый союзъ, и тогда то оная неосторожная довѣренность во зло употребляется. Въ обществѣ молодыхъ людей яви свои дарованія и превзойди, если можешь, другихъ во всѣхъ общественныхъ увеселеніяхъ и забавахъ, свойственныхъ юношеству. Повѣряй другимъ забавныя и бездѣльныя твои произшествія, но важныя намѣренія твои храни въ тайнѣ. Повѣрь ихъ испытанному твоему другу, болѣе опытному нежели ты, и которой будучи въ различномъ съ тобою состояніи не можетъ учиниться тебѣ соперникомъ. Я не совѣтую тебѣ полагаться на иройственную добродѣтель рода человѣческаго; не надѣйся и не думай, чтобъ твой товарищъ всегда былъ твоимъ другомъ въ разсужденіи предмета, къ которому вы обое стремитесь.
Притворное невѣдеиіе есть весьма нужная часть познанія свѣта. На примѣръ: весьма благопристойно казаться незнающимъ о такихъ вещахъ, о коихъ тебѣ хотятъ говорить; и когда кто тебѣ скажетъ: слыхали ли вы о такой то вещи? отвѣтствуй, что не слыхалъ и позволь ему продолжать свое повѣствованіе, хотя ты давно уже то знаешь. Нѣкоторые находятъ удовольствіе въ повѣствованіи онаго, думая, что они могутъ пріятно разсказывать; другіе надѣются тѣмъ похвалиться, что они скорѣе другихъ могли что нибудь узнать; иные же по тщеславію своему хотятъ показать, что они заслужили отъ другихъ довѣренность. Всѣ таковые безъ сомнѣнія обманутся въ своей надеждѣ и слѣдовательно огорчатся, если ты скажешь имъ, что ты уже слышалъ о чемъ они хотѣли тебѣ разсказывать.-- Притворяйся всегда невѣдущимъ, (исключая только искреннѣйшаго твоего друга) если гдѣ касается до хулы и безславія другихъ, хотя ты весьма много уже и до того слыхалъ: ибо оскорбленная сторона почтетъ пріемлющаго хуленіе, равнымъ хулителю, такъ какъ украденныя вещи принимающаго почитаютъ равнымъ самому вору. Когда же о такихъ вещахъ будутъ всѣ говорить, то старайся наказывать, что ты сумнѣъваешся, хотя совершенно тому вѣришь, и всегда старайся оное уменшать.-- Должно сіе притворное невѣденіе наипаче показывать при обстоятельныхъ и подробныхъ частныхъ повѣствованіяхъ, оно почесться можетъ способомъ къ узнанію оныхъ: ибо большая часть людей тщеславяся показаніемъ своего предъ другими превосходства, хотя на минуту и въ самыхъ бездѣльныхъ вещахъ, скажутъ тебѣ скорѣе то, чего имъ не слѣдуетъ говорить, нежели то, о чемъ ты еще не знаешь. Сверхъ того притворное сіе незнаніе вселитъ въ другихъ мысли, что ты къ такимъ вещамъ не внимателенъ и по тому ни какихъ не имѣешь худыхъ намѣреній. Однакожъ лови нужныя для тебя произшествія, и старайся увѣдать о нихъ съ разсужденіемъ, а не въ видѣ настоящихъ вопросовъ, чемъ заставишь другихъ остерегаться; а если часто повторять станешь, то наскучишь. Иногда показывай, будто вѣришь такимъ вещамъ, о коихъ ты знать желаешь, при чемъ кто нибудь ласковымъ и услужливымъ образомъ скажетъ тебѣ настоящую правду. Иногда говори что ты такъ и такъ слышалъ; а иногда показывай, что болѣе знаешь нежели въ самомъ дѣлъ, дабы узнать то, что тебѣ надобно; но избѣгай какъ можно прямо выспрашивать.
Человѣческая природа одинакова во всемъ свѣтѣ: но дѣйствія ея столь перемѣшаны воспитаніемъ и навыками, что тотъ, кто хочетъ обстоятельно ее познать, долженъ разсмотрѣть ее подъ всѣми видами. Напримѣръ: честолюбіе бываетъ равномѣрно въ придворномъ, военномъ и духовномъ человѣкѣ, но по причинѣ различнаго ихъ воспитанія и навыковъ употребляютъ они различные способы къ его удовлетворенію, учтивство или склонность угождать, или обязывать другихъ, есть одинаково во всѣхъ странахъ: но такъ называемая вѣжливость, или способъ исполнять оную склонность, различенъ по всѣмъ странамъ и можетъ почесться свойственнымъ всякому мѣсту; а по тому разсудительный человѣкъ подражаетъ и сообразуется правиламъ вѣжливости свойственнымъ тому мѣсту, въ коемъ онъ находится. -- Сообразованіе и преклоненіе нашихъ нравовъ необходимо нужны въ свѣтскомъ житіи; но въ такихъ только случаяхъ кои сами по себѣ не худы. Мягкой и гибкой нравъ есть полезнѣе всего. Онъ можетъ обращаться отъ одного предмета къ другому, пріемля на себя образъ свойственный каждому. Съ важнымъ человѣкомъ можетъ онъ быть сановитымъ, пріятнымъ съ весельчакомъ, вѣтреннымъ съ легкомысленнымъ человѣкомъ.
По истиннѣ ни что столь не привлекаетъ, какъ свободное и пріятное сообразованіе поступковъ своихъ нравамъ, навыкамъ и даже слабостямъ другихъ. Молодой человѣкъ долженъ сообразоваться всему. Во всѣхъ добрыхъ случаяхъ долженъ онъ быть такимъ, какимъ былъ Алкивіадъ въ худыхъ. -- Долженъ быть Протееімъ приемлющимъ удобно и сохраняющимъ съ пріятностію всякой видъ. Жаръ, хладнокровіе, роскошь, воздержаніе, важность, веселость, обряды, вольность, ученіе, бездѣлицы, дѣла и увеселенія суть виды, кои онъ долженъ имѣть способности принимать, оставлять, или по случаю перемѣнять съ такою же вольностію, съ какою онъ беретъ и кладетъ свою шляпу.
Молодые люди думаютъ, что всякое дѣло производить должно съ жаромъ и усиліемъ; что тихость есть подлость, а уклончивое снисхожденіе почитаютъ обыкновеннымъ убѣжищемъ малодушія и слабости. Сіе ложное мнѣніе отъемлетъ отъ нрава ихъ нѣжность и мягкость, а вселяетъ буйность и грубость. Глупые, кои безпрестанно попадаются въ обманы, сохраняютъ въ поступкахъ своихъ оные недостатки на всю свою жизнь; но разсудительнаго человѣка, нѣкоторые опыты и размышленіе принуждаютъ скоро ихъ покидать. Когда они получше познаютъ самихъ себя и другихъ, то найдутъ, что здравой разсудокъ въ десяти случаяхъ, девять разъ долженъ слѣдовать превозмогающей его власти сердца и страстей; слѣдовательно девять разъ, имѣютъ они дѣло съ побѣдителемъ, а не съ побѣжденнымъ: но съ побѣдителями какъ тебѣ извѣстно, должно обходиться весьма учтивымъ, привлекательнымъ и вкрадчивымъ образомъ.
По нещастію молодые люди всегда почитаютъ себя довольно умными, такъ какъ пьяные думаютъ, что они еще довольно трезвы. Остроту предпочитаютъ они опытности, которую называютъ холодностію. -- Однакожъ они не совсемъ обманываются; ибо хотя острота безъ опытности опасна, однакожъ и опытность безъ остроты вяла и недостаточна. Соединеніе сихъ обоихъ свойствъ, хотя рѣдко случающееся, почесться можетъ совершенствомъ. Сынъ мой! ты можешь ихъ соединить, если тебѣ угодно: ибо я всю опытность мою представляю къ твоимъ услугамъ, но въ вознагражденіе за то, не требую ни единой капли твоей остроты. -- употребляй оба сіи свойства въ свою пользу, и да ободряютъ онѣ взаимно другъ друга. Здѣсь подъ юношескою остротою разумѣю и живость юношей, и надѣяніе на свои силы, препятствующія имъ видѣть трудности или опасности какого либо предпріятія; но не полагаю я подъ симъ названіемъ того, что глупые простолюдины называютъ бойкостію, которая побуждаетъ ихъ поступать плутовски, защищать свое званіе, подозрѣвать, чтобы кто не унизилъ ихъ чести и чинить дерзкіе отвѣты, при маловажныхъ случаяхъ. Сіе есть зло, или злый духъ, которой изгонять должно, да изыдетъ и внидетъ во стадо свиное.
Въ заключеніе всего скажу: ни когда не презирай старыхъ твоихъ пріятелей ради новыхъ или болѣе знатныхъ, что будетъ весьма неблагородно съ твоей стороны, и такое упущеніе ни когда отъ нихъ не простится. Старайся какъ можно приобрѣсти болѣе личныхъ пріятелей, а менѣе непріятелей. Подъ именемъ пріятелей разумѣю я не искреннихъ и довѣренныхъ друзей, коихъ ни единый человѣкъ во все теченіе своея жизни не можетъ имѣть и шести; но разумѣю пріятелей въ общемъ смыслъ сего слова: то есть, людей, которые бы говорили о тебѣ хорошо, и соотвѣтственно собственной своей пользѣ, желали тебѣ болѣе добра, нежели зла.
О ЛЖИ.
Нѣтъ ни чего столь поноснаго, подлаго и смѣшнаго, какъ ложь. Она есть произведеніе злости, коварства, или тщеславія; ни когда однакожь не достигаетъ своей цѣли ни въ которомъ изъ сихъ случаевъ, ибо ложь всегда поздо или рано обнаруживается. Ежели посредствомъ злобной лжи оскорбимъ мы чью нибудь честь, или доброе имя, то по справедливости обидимъ его на краткое время; но напослѣдокъ мы же отъ того болѣе потерпимъ; ибо коль скоро о томъ узнаютъ, то хула обратится на собственную нашу главу, и все то, что бы мы ни сказали послѣ къ охужденію такого человѣка, хотя справедливое, почтется клеветою. Двусмысленностію, и различными увертками для прикрытія лжи чтобъ тѣмъ избѣгнуть стыда, показывается какъ наша боязнь такъ и самая ложь обнаруживается. Сіе служитъ не столько къ уменшенію, сколь къ увеличенію стыда нашего; тѣмъ являемъ мы низкость и подлость и должны надѣяться, что съ нами поступать будутъ другіе какъ съ подлыми людьми. Если по нещастію нашему учинимъ какую нибудь ошибку, то, благороднѣйшее дѣло признаться въ ней откровенно; сіе есть единственное средство къ поправленію ея и къ снисканію прощенія. Для избѣжанія настоящей опасности употреблять двусмысленныя слова, увертки или хитрыя замашки, есть презрительное дѣло, знакъ великой боязни, и исполняющій оное заслуживаетъ всякое наказаніе.
Есть такъ-же люди подверженные другому роду лжи, которой почитаютъ они невиннымъ и которой въ нѣкоторомъ смыслъ въ самомъ дѣлъ невиненъ по тому, что ни кому кромѣ ихъ самихъ не вредитъ. Сей родъ лжи есть произведеніе тщеславія на глупости основаннаго. Онъ состоитъ въ томъ, что люди разныя чудныя дѣла себѣ приписываютъ; увѣряютъ, что видали такія вещи, коихъ въ самомъ дѣлъ ни когда не бывало; что видали вещи, какихъ въ самомъ дѣлъ ни когда не видывали, хотя оныя и есть, по тому что почитаются зрѣнія достойными. Если что нибудь достойное примѣчанія учинено, или сказано было въ какомъ нибудь мѣстѣ, или въ какой бесѣдѣ, то увѣряютъ, что они то сами слышали или видѣли. -- Далѣе, что дѣлали такія дѣла, на кои другіе отважиться не смѣли, или не могли исполнишь. Всегда поставляютъ себя героями въ собственныхъ своихъ повѣствованіяхъ и думаютъ снискать тѣмъ себѣ уваженіе на то только время. На противъ того по всей справедливости навлекаютъ только осмѣяніе, презрѣніе и при томъ нѣкоторую недовѣренность; ибо всякъ не безъ основанія заключитъ, что тотъ кто лжетъ ради тщеславія, не усумнится солгать болѣе для прибытка. Если бы я увидѣлъ что нибудь чрезвычайное, которое почти невѣроятнымъ кажется, то бы я о томъ лучше умолчалъ, нежели захотѣлъ другому подать хоть на минуту сумнѣніе, o неложности моего сказанія. Извѣстно, что не столь важно для женщины сей хранить цѣломудріе, сколь для мущины почитаться вѣроятія достойнымъ. По справедливости женщинъ возможно быть добродѣтельною, хотя она не весьма цѣломудренна; но мущинѣ безъ строгой справедливости, не можно быть добродѣтельну. Пороки въ бѣдныхъ женщинахъ суть по большей части тѣлесныя слабости; но ложь въ мущинѣ есть порокъ разума и сердца.