— Видите? Кто-то недавно вымыл мостовую — маленький кусочек перед домом полковника Варни. Интересно, когда это произошло?
Отец Браун взглянул на дом, высокий и узкий. Солнце ярко освещало фасад, и по контрасту щели под некогда яркими, но уже выцветшими жалюзи казались почти черными.
— Это ведь дом полковника Варни? — спросил патер. — Если не ошибаюсь, он тоже какое-то время жил на Востоке. Что он за человек?
— Я его не видел, — ответил Бойл. — Его никто не видел, кроме доктора Бердока, да и тот без надобности к полковнику не заглядывает.
— Что ж, я загляну к нему сейчас, — решил отец Браун.
Большая входная дверь открылась и поглотила маленького священника, а секретарь остался стоять, ошалело глядя на нее, словно гадал, откроется ли она снова. Довольно скоро она и впрямь открылась; отец Браун вышел, по-прежнему улыбаясь, и засеменил дальше по квадрату дорог. Он будто позабыл, о чем они говорили; его дальнейшие замечания относились к истории деревушки и к тому, что тут собираются строить. Он что-то сказал о красном грунте, который насыпали перед банком на месте будущей дороги, затем глянул на луг и проговорил:
— Общинная земля! Как я понимаю, здесь местные жители пасли бы гусей и свиней, будь у них свиньи и гуси, а сейчас тут благоденствуют только крапива и чертополох. Как обидно, что большой красивый луг превратился в жалкий пустырь! Этот дом напротив, он ведь принадлежит доктору Бердоку?
— Да, — подтвердил Бойл, чуть не подпрыгнув от такого внезапного перехода.
— Отлично, — сказал отец Браун. — Думаю, нам пора вернуться под крышу.
Пока они входили в парадную дверь мистера Смарта и поднимались по лестнице, Бойл еще раз подробно пересказал утренние события.