* Ibid. Loix de la forme du gouvernement; Loix de l'administration du gouvernement.
** Ibid. Loix penales. Aussi peu nomhreuses que les prevarications, aussi douces qu'efficaces.
______________________
Из этого проекта можно видеть, каких средств требует осуществление так называемой естественной гармонии между личными и доброжелательными наклонностями человека, о которой говорит Морелли. По его уверению, это установленное самою природою согласие нарушается только искусственными мерами законодателей, которые, следуя ложному направлению, извращают естество человека, а в результате выходит, что гармония поддерживается лишь самою многосложною регламентациею, которая охватывает всю жизнь гражданина, не оставляя ему свободы ни в заключении брака, ни в воспитании детей, ни в работе, ни в одежде, ни в пище, ни в умственных занятиях. Каждый член общества становится публичным лицом, он превращается в колесо великого общественного автомата, который движется в силу священных и неизменных уставов. Иначе нет возможности осуществить идеал равенства.
Казалось бы, что этим фантастическим планам суждено было оставаться плодом одинокой думы одностороннего мыслителя. Но такова последовательность человеческой логики, что и они нашли приверженцев, готовых привести их в исполнение. Последним проявлением идей Французской революции после падения террористов был заговор Бабёфа, который во имя равенства хотел ввести коммунизм. Конечно, это направление ни на минуту не могло сделаться господствующим; по самому существу своему оно должно было оставаться мечтою фанатической секты. Бабёф был казнен в 1796 г., прежде нежели он успел даже сделать попытку к восстанию. Тем не менее он приобрел многочисленных приверженцев, которых увлекало последовательное, доведенное до крайних выводов развитие начал равенства. Это был лозунг, который в демократической среде легко мог возбудить народные страсти*.
______________________
* Главным источником сведений о заговоре Бабёфа служит сочинение одного из участвовавших в нем лиц, Буонаротти: "La conspiration de Baboeuf" (Brux., 1821). См. также: Reyboud L. Etudes sur les reformateurs contemporains ou socialistes modernes; Stein. Der Socialismus und Communismus des heutigen Frankreichs.
______________________
Бабёф во имя равенства не только установлял общение имуществ, но так же, как Морелли, хотел подчинить этому началу всю материальную, нравственную и умственную жизнь человека. Основание его учения заключалось в том, что природа дала каждому одинаковое право на вкушение всех жизненных благ. Но для того чтобы равенство не осталось пустым словом, чтобы оно сделалось действительностью, недостаточно одного равенства прав, недостаточно даже равенства состояний: нужно уничтожение всяких преимуществ одного человека перед другим. Иначе дух неравенства неизбежно поведет к разложению общества. Поэтому все должны получить одинаковое воспитание, приноровленное к способностям массы. Читать, писать и считать, знать немного истории и законы отечества - вот все, что нужно гражданину. Все высшие плоды человеческого ума - искусство, наука, в особенности философия и богословие, - объявляются роскошью, ведущею только к развитию искусственных потребностей и к искажению естественных свойств человека. Печать подчиняется строжайшей цензуре, которая запрещает все, что выходит за пределы коммунистических правил. С другой стороны, физический труд признается обязанностью человека, от которой никто не может отклониться без преступления. Произведения сносятся в общественные магазины и распределяются доверенными от общества лицами. Из работ допускаются только земледелие и необходимые ремесла. Все бесполезные занятия изгоняются; большие города уничтожаются. Государство, церковь, религия, правительство - все это объявляется злом, которое следует искоренить до основания. Таким образом, все разумные потребности человека подавляются немилосердно; свобода изгоняется отовсюду. Вместе с тем должно исчезнуть и всякое естественное разнообразие. Установляется общая мерка, подобие Прокрустовой постели, под которую подводятся все члены общества без исключения, так что малейшее отклонение от равенства считается преступлением. И этот ужаснейший деспотизм водворяется во имя человеческих прав, во имя личного счастья!
Трудно представить себе более разительное противоречие между основным началом и окончательным выводом, а между тем одно последовательно вытекает из другого. Как скоро личное счастье признается абсолютным требованием, неразрывно связанным с самым существом человека, так всякому должно быть приписано неотъемлемое на него право, и притом одинаково со всеми другими, ибо качество людей у них одно. Никто в этом отношении не должен иметь преимущества. Но если приобретение жизненных благ предоставляется личной деятельности каждого, то одни неизбежно возвышаются на счет других, неравенство сил и способностей непременно ведет и к неравенству средств. Следовательно, свободный труд должен быть уничтожен и распределение жизненных благ должно производиться самим обществом, которое одно в состоянии сохранить равенство между членами, давая им одинаковое развитие, возлагая на них одинаковую деятельность и предоставляя им одинаковые наслаждения. Таким образом, равенство, истекая из свободы, уничтожает собственный свой источник; одностороннее начало в последовательном своем развитии доходит до самоотрицания. Что этот ход мысли не составляет простого заблуждения человеческого ума, что он необходимо вытекает из известной точки зрения, в этом можно убедиться из того, что не только фанатики революционеры, но и замечательные мыслители, отправляясь от тех же начал, приходили к одинаковым почти заключениям. Мы увидим это ниже при обозрении учения немецких философов. Но самые эти крайние, противоречащие своим основаниям выводы, указывают на односторонность исходной точки и обозначают необходимость поворота.