**** Ibid. Введение во вторую часть.
***** Bentham. Principles de legislation. Ch. XIII, 10; Idem. Deontology. I. Ch. 9.
****** Bentham. Principles de legislation. Ch. XIII.
______________________
С этой точки зрения Бентам должен был логически прийти к совершенному устранению всякого исследования внутренних мотивов действия: важен только результат или та польза, которую оно приносит человеку. Действительно, в "Деонтологии" он особенно настаивает на этой мысли. Не только законодателю, но и моралисту воспрещается вступать в эту область. Бентам называет мотив фиктивным существом, неуловимым и летучим, темным и неприступным отвлечением, которое, если бы его можно было ухватить и вывести на свет, не принесло бы никакой пользы. "Изыскание мотивов, - говорит он, - составляет одну из причин, которые наиболее содействуют введению людей в заблуждение относительно нравственных вопросов. Это изыскание основывается на смутном представлении, что истинное количество и качество добродетели и порока находятся более в источниках действия, нежели в самом действии. Но время, употребленное на это исследование, совершенно потеряно. В отвлеченном смысле все побуждения хороши; все имеют целью получение удовольствия и избежание страдания. Люди не имеют, не могут иметь и никогда не будут иметь иных мотивов... Но каковы бы ни были побуждения, не по ним должен судить моралист; он обращается к поведению людей, только когда последствия этого поведения касаются области наслаждения или страдания; в остальном его вмешательство было бы деспотизмом"*. "Мотивы! - восклицает он в другом месте. - Как будто не все мотивы одинаковы! Как будто они все не имеют целью доставить действующему лицу какую-нибудь награду за его действие или избавлением от страдания, или приобретением удовольствия! Самые порочные люди и самые добродетельные имеют совершенно одинаковые мотивы действия; и те и другие хотят увеличить сумму своего счастья"**.
______________________
* Bentham. Deontology. I. Ch. 8, см. также: II. Ch. 1.
** Ibid. Ch. 3.
______________________
Таким образом, Бентам, так же как Гельвеций, считает личный интерес единственною пружиною человеческой деятельности. "Достоверно, - говорит он, - что всякий человек всегда действует ввиду собственного интереса... Цель всякого разумного существа состоит в том, чтобы получить для себя самого наибольшее количество счастья. Всякий человек себе ближе и дороже, нежели другому, и никто, кроме его самого, не может измерить его удовольствий и страданий. Необходимо, чтобы он сам был первым предметом своей заботы. Его собственный интерес должен в его глазах иметь преимущество перед всяким другим"*. "Отрешиться от своей личности, забыть собственный интерес, приносить бескорыстные жертвы ввиду долга, - говорит он далее, - все это фразы, конечно, очень громкие, но, правду сказать, столь же нелепые, как и громкие. Предпочтение, оказанное собственному лицу, есть явление всеобщее и необходимое"**. Поэтому Бентам считает главною целью нравственности и законодательства указать каждому, в чем состоит истинная его выгода. "Нравственность, - говорит он, - дает правила эгоизму и как мудрый и деятельный управитель заведывает нашим доходом счастья, так чтобы мы получили из него наиболее барыша"***. Поэтому вся задача как нравственности, так и законодательства состоит только в правильном производстве арифметических вычислений, в которых, с одной стороны, полагаются удовольствия, с другой - страдания, и оказывающийся остаток определяет доброту или порочность действия****.