______________________
* Ibid.
** Fergusson. Principles of Moral and Political Science. Part II. Ch. 7. Sect. 11. P. 498.
______________________
С точки зрения постепенного совершенствования человечества Фергюсон написал свой "Опыт истории гражданского общества". В этом сочинении нет ни основательных и всесторонних исследований, ни глубокой и систематически проведенной мысли; но в нем рассеяно множество метких замечаний и особенно ясно раскрывается потребность нравственных начал для охранения свободы. Поэтому оно заслуживает внимания.
Фергюсон совершенно отвергает так называемое состояние природы, или первобытного одиночества. В его глазах, это не что иное, как вымысел, не имеющий основания в фактах. Природа человека раскрывается в его истории. В общежитии проявляется действие тех способностей, которые в одиночестве остаются без употребления. Самое развитие лица определяется его отношением к целому. Поэтому предметом наблюдения должны быть не единицы, а общества. Здесь только человек вполне является человеком. То, что называется искусством, не что иное, как сама человеческая природа. Человек сам создатель своих судеб. В силу прирожденного ему стремления к совершенству он постоянно хочет улучшать свое положение, и медленно, шаг за шагом, подвигается вперед. Поэтому когда он развивается и с помощью искусства улучшает свою жизнь, нельзя сказать, что он покидает естественное свое состояние. Напротив, он к нему приближается, следуя своим природным наклонностям и употребляя данные ему природою способности. Естественное состояние человека есть состояние совершенствования*.
______________________
* Fergusson. An Essay on the History of Civil Society. Part I. Sect. 1.
______________________
Прилагая свой разум к улучшению своего быта, человек не создает, однако, ничего нового, он пользуется только данным природою материалом. Он не изменяет и своего собственного естества, но остается таким же, каким он был первоначально. На самой первой ступени, на которой мы находим человечество, в том состоянии дикости, где неизвестны еще ни собственность, ни общественное подчинение, люди имеют уже те самые наклонности и страсти, какие встречаются и у образованных народов. Здесь господствует уже чувство равенства, основание правды, - начало, которое не должно забываться даже при самом неравномерном распределении общественных преимуществ, ибо из него истекает независимость характера; оно делает человека равнодушным к чужим милостям; оно воздерживает его от нарушения чужих прав и открывает сердце его чувствам доброжелательства и великодушия. У диких народов источником чести служат не внешние отличия, а высшие способности, прежде всего мужество. В первобытных обществах мы находим даже естественные зачатки будущих политических учреждений: уважение к советам стариков представляет начало сената; превосходство храбрейшего, за которым остальные следуют на войне, является зародышем исполнительной власти; наконец, в важных случаях собирается вся община, которая составляет неустроенное еще народное собрание. Если бы Ликургу снова приходилось вводить свое законодательство, он нашел бы дикие народы приготовленными самою природою к восприятию его учреждений. Но ему предстояла бы еще весьма обширная задача: научить одних повелевать, а других повиноваться; установить дисциплину; развить в гражданах умение владеть собою и воздерживать свои страсти; наконец, внушить им равнодушие к удовольствиям. Недостаток этих качеств делает то, что дикие народы не могут соперничать с образованными*.