-- Вот тебе крест! Лопни мои глазыньки... Сцапал меня вдруг да и давай душить... Укусить норовил, только я вырвался...
Спустя десять минут Калинского принесли на носилках в палату... Лицо его посинело; на щеке краснела алая струйка крови, прячась где-то под усами. Из груди вырывалось хрипение... А спустя еще десять минут, когда из окон флигеля лилась по-прежнему музыка, -- вынесли из палаты в мертвецкую труп горемычного неудачника...
Смерть приятеля произвела сильное впечатление на Митьку, особенно когда он узнал, что барина будут "потрошить"... Ночью он не мог заснуть и боялся посмотреть на пустую койку, где несколько часов тому назад играл с барином "в пьяницы"... Ночь была светлая, белая... Серебряный месяц, выглянув из-за крыши докторского флигеля, смотрел через окно палаты так внимательно, пристально, -- казалось, он хотел услышать, как бьется трусливое Митькино сердце... С другой стороны окна можно было видеть глухую каменную стену мертвецкой... Митька туда не смотрел, но одно уже то обстоятельство, что в окна можно видеть это страшное место, заставляло Митьку прятать свою голову под одеяло...
Митька не хочет думать о барине, а он неотступно стоит в его воображении... Вот он высокий, худой, с отекшим лицом и мутными глазами, с колючим подбородком... "Адамово яблоко" у него на горле большое выставилось... А на щеке пластырь налеплен. Митьке лезут в голову воспоминания последних дней: как они играли давеча утром в карты, а вчера разговаривали о рае; как гуляли по саду и барин сказал, что у свиньи душа... Митька слышит знакомый голос, грубый, хриплый... А потом вспомнится, как давеча вечером в саду барин сцапал его и как барина притащили на носилках в палату, как он хрипел...
"Хоть бы ночь скорей прошла!" -- думает Митька и ежится под одеялом. Ему душно, но голову он боится выставить... А ночь тянется, тянется... Серебряный месяц глядит уже в другое окно. Вот кто-то из больных закашлялся и завозился... Слава Богу!.. Митька так рад, что вблизи есть хоть один неспящий человек... Теперь не так страшно. Сразу отлегло от сердца... Можно выставить и голову.
Митька расправляет ноги и высовывает из-под одеяла свою бритую голову...
-- Уф!.. Как жарко и душно!.. Тебе не спится? -- шепотом спрашивает Митька проснувшегося больного...
-- Да, паренек...
"И ничего страшного нет! -- думает Митька. -- Нечего бояться барина: он мертвый... Он не шевелится и не может сюда придти..."
Только когда серебряный месяц перестал смотреть в окна и вместо него глянул слабый проблеск наступающего утра, Митька перестал совершенно бояться и заснул, как мертвый.