-- Я жалею...
А кто-то жалобно поет: "Чужа-дальн-ая-а-а... сто-ро-о-о-нушка-а-а". Мать плачет, отирая глаза рукавом кофты. И мне вдруг делается жалко-жалко отца, и слезки скачут с ресниц на отцовскую руку...
-- А когда вернешься-то?
-- К снегам приду... Чего тебе купить-то? Гостинца-то?
-- Укради с пароходов краски. Сурику [ сурик -- красно-оранжевая или красно-коричневая краска ], белил свинцовых, лазури...
-- Нашто тебе?
-- Пароход красить... -- всхлипывая, объясняю отцу, и снова шевелится в душе тревога, как бы Мишка не отправил без меня парохода...
Ушел отец. Поплакала, утерлась и бегу под гору. А там дым коромыслом: драка!
-- Мишка-а! Не отваливай!..
Мишка стоит и плачет: сломанный пароход наш без кают лежит на боку, труба валяется рядом.