– О чем, старушка?
– Так, грустно что-то стало. Уедешь и останусь одна. Дай тебе Бог счастья… Отца-то нет, не дожил! Я уж заодно панихидку по нем отслужила: в одной церкви – молебен, а в другой – панихидку. А ты уж нарядился!
– Примеряю.
– Вот даже приятно посмотреть. Вырос ты, совсем взрослым глядишь. Ну, и мне собираться надо в дорогу. До Самары вместе, а там…
Мать постояла среди комнаты с опущенными руками, потом стала суетиться и бегать то в контору, то в докторскую; звенела деньгами, отвернувшись в уголок лицом, охала и опять куда-то скрывалась.
– Телеграмма тебе.
– Давай скорей!
«Остановилась в Гранд-Отеле, жду, тоскую, телеграфируй выезде. Зоя».
– От Зои?
– Да! Тоскует очень, невыносимо тоскует, не может больше ждать…