-- Помнишь ведь? Помнишь! Притворяешься, мерзавец! -- сказала она с хохотом.
Павлин Егорыч проворно шагнул в калитку и, защелкнув ее на щеколду, закричал сторожа:
-- Николай! Николай!
-- Не ори! Прощай, мерзавец! -- сказала Клара и пошла по аллее, вздрагивая плечами и размахивая зонтиком. Навстречу ей шел Николай, озабоченно и торопливо, махал рукой по-солдатски и ворчал:
-- Что тебе еще?.. Орет, словно режут...
Клара вышла на площадку, где были разбиты цветники, и где гуляла публика. Здесь она села на лавочку и стала курить, жадно проглатывая дым. Спустя несколько минут, показался и Николай. Он вышел на площадку, посмотрел вокруг и стал прохаживаться около Клары, почесывая в загривке.
-- Вот что, барышня! -- начал он, остановившись, наконец, перед Кларой. -- Вам приказано уйти отсель!
-- Что такое? -- нахмурив брови, спросила Клара и швырнула окурок папиросы на клумбу.
-- А вот то самое, что приказано уйти -- и больше ничего! -- ответил Николай, отыскивая в цветах окурок.
-- Подите вы все к черту!..