Кащей рвет в клочки карту звездочета. Тот бежит к двери, но она заперта.
Кащей кричит уроду:
-- Эй! Выпусти учёного осла!
Звездочет вышел, как побитая собака. Кащей сидит в глубокой задумчивости, потом собирает с полу клочки порванной им карты, складывает и думает вслух:
-- Бессмертному -- мне смерть... Чтоб мне, бессмертному, найти в любви могилу! Чтоб мне, бессмертному, любовь не покорилась? Не знал еще я женщины такой. Такая женщина от смертных не рождалась...
Швырнул клочки карты со стола на пол, ходит взад и вперед по комнате, продолжая думать вслух:
-- Упрямились, и плакали, и умереть грозили, а год пройдет -- и слезы высыхали, и умереть желанье проходило, и гордость женская в бессилье растворялась.
Случайно увидал в зеркале свое отражение, испугался и приостановился:
-- Кто ты? Зачем в глаза мне смотришь? Ужели это -- я? Я, повелитель мира, властелин бессмертный, в руках своих держащий миллионы рабов земных, их счастье и несчастье, их радость и любовь, их муки, преступленья, надежды, славу, честь и всю их жизнь с рожденья и до смерти!.. Нет, нет, не может быть... Старик... Седая борода и темя голое... Лик мумии воскресшей!..
Давно ли ты, волшебное стекло, в своей прозрачности иной мне лик рождало? Где кудри золотые, что ласкала прикосновеньем нежным женская рука? Где розы на щеках, цветы любви и страсти? Где смех и радость бытия, сверкавшие во взоре? Ведь, я -- бессмертный! Почему же ты, проклятое стекло, лик смертного, лик старости рождаешь?..