-- Сделайте такое одолжение!
Михаил Иваныч сухо раскланялся и, захватив корректурные оттиски, уехал. Спустя часа полтора времени, он вернулся и опять запыхавшийся и негодующий.
-- Я был сейчас у головы, и он читал... Не нашел ничего для себя обидного... Вот подпись есть его рукою... "Ничего не имею против". Извольте взглянуть!.. "Ничего... не имею..."
-- А я имею! -- упрямо возразил Платон Алексеич.
Тогда Михаил Иванович схватил опять оттиски и исчез. А спустя минут двадцать, затрещал телефон.
-- Кто у телефона?
-- Губернатор... Почему вы не пропускаете о канализации?
Платон Алексеич вспыхнул, глаза у него стали бегать, как бы чего-то отыскивая, потом он побледнел и повел рукой в воздухе, как это он сделал на торжественном обеде в честь гласности, и ответил упавшим голосом:
-- Слишком, ваше превосходительство, мрачно...
-- Что такое? не слышу! По-че-му не пропустили о ка-на-ли-за-ции?