Гуртадо. Теперь страшные дни. Мы всѣ ходимъ по краю могилы. Надо быть готовыми всякій день, всякій часъ, каждую минуту... Отходя ко сну, мы не знаемъ, проснемся заутра или нѣтъ...
Зоргетта. Правда, аббатъ, что всѣ кавалеры, дамы и рыцари, съѣхавшіеся въ нашъ замокъ, отходя ко сну, прощаются другъ съ другомъ, какъ съ покойникомъ?
Фрогъ. Почти какъ съ покойникомъ...
Гуртадо. Сонъ, дитя мое, символъ смерти... Теперь сонъ пріобрѣтаетъ особенное значеніе, ибо онъ можетъ совпасть со сномъ вѣчности. И потому надо уходить въ постель примиреннымъ со всѣми спутниками жизни, какъ бы ложась на одръ смерти...
Фрогъ. Ваши мертвецы, аббатъ, всю ночь бродятъ, какъ принкдѣнія, по темнымъ корридорамъ и закоулкамъ замка и... такъ усердно и трогательно исполняютъ ваши совѣты, что сама смерть стыдливо прикрылась бы саваномъ, если бы она случайно наткнулась на...
Зоргетта. Здѣсь всѣ теперь цѣлуются: кавалеры и дамы... Мнѣ бываетъ стыдно, когда я увижу вдругъ... Вчера вечеромъ, когда я шла по нижнему корридору... (Потупилась и замолчала.) Какъ все это странно... Добрый аббатъ! Вчера я была въ долинѣ....
Гуртадо. Лучше бы туда не ходить...
Зоргетта. Если бы знали, что тамъ дѣлается!.. Впрочемъ, Принцъ не велитъ объ этомъ говорить...
Гиртадо. Надо смириться. Небо посылаетъ людямъ свое испытаніе. Мало, дитя, молиться.
Зоргетта. Я каждый день буду молиться... каждый день. Я буду молиться за тѣхъ, кто живетъ въ долинѣ, чтобы небо пожалѣло ихъ... Добрый аббатъ! Если бы вы знали!.. Тамъ умираютъ безъ всякой помощи... Отъ умирающаго всѣ бѣгутъ и бросають его на произволъ судьбы... Тамъ умираютъ безъ напутствія... Если бы вы, дорогой аббатъ, пошли къ нимъ и утѣшили!..