-- Я приду опять! -- сказалъ онъ, обернувшись къ мамѣ, и кивнулъ головой.
Пилъ онъ чай съ булкой и съ молокомъ,-- и чай былъ такой же вкусный, какъ всегда. Думалъ о мамѣ, и смерть мамы не казалась ему теперь страшной, не пугала его. Лежитъ мама въ залѣ, будто спитъ... Вотъ сейчасъ онъ допьетъ сладкій чай и опять пойдетъ къ ней. Раньше она стонала, а теперь ей не больно, теперь ей все равно.
И пока мама лежала въ залѣ, сперва прямо на столѣ, а потомъ въ серебряномъ гробу,-- Ваня былъ спокоенъ. Мама тутъ... Ночью онъ прислушивался къ монотонному чтенію монашенки и думалъ, что мамѣ не страшно лежать въ залѣ, потому что тамъ она не одна... Пусть спитъ, а утромъ онъ опять придетъ къ ней... Отъ мамы его мысль переходила на Алешу: скоро они увидятся тамъ, въ раю... Имъ не будетъ скучно... Алеша обрадуется мамѣ, очень обрадуется. Въ раю хорошо, очень хорошо, но лучше если тамъ быть вмѣстѣ съ мамой...
Мама вѣрно хотѣла поскорѣе умереть, потому что одинъ разъ она сказала:
-- Не надо доктора... Лучше скорѣй умереть.
Ваня слышалъ это, когда въ первый разъ тетя посылала за докторомъ.
Если бы Алеша былъ дома,-- мама не захворала бы и ей не хотѣлось бы поскорѣе умереть... Конечно, она хотѣла... Она часто плакала объ Алешѣ. Она очень соскучилась о немъ...
Мама увидитъ тамъ Алешу, а онъ не увидитъ больше ни мамы, ни Алеши... Только въ раю еще!.. А когда это будетъ? Не скоро...
И опять мысль наталкивала Ваню на тѣхъ, которые увезли Алешу... Все изъ-за нихъ! Пришли, увезли Алешу и онъ умеръ... разстроили бѣдную мамочку и она тоже захворала и умерла...
-- Дай Богъ вамъ самимъ умереть! -- шепталъ Ваня, и опять въ его маленькихъ глазахъ сверкала большая злоба...