— Ложись! Довольно бегать.
— Не хочется… Спи, бабушка!
Спи, бабушка… Беспокойно на душе у бабушки. Отворит она окошечко и выглядывает под занавесочку: так и есть! — все с этим господином вдвоем вокруг парохода гуляют и не наговорятся досыта. Да ведь столичные краснобаи и не такой девчонке голову вскружат. А этот и подавно: все молодые дамы на него с улыбочками посматривают. Говорун занятный. Не любо — не слушай, а врать не мешай!
Из Саратова возвращался — визит в Никудышевку сделал. Хорош визит — две недели проболтался, все свои дела забросил, с молодежью закружился. Подружился, видите ли, с Павлом Николаевичем. Такими друзьями оказались, что и водой не разольешь. А зимой стала Наташа письма из Москвы получать… Павел такого порядка придерживался, чтобы ребячьих писем не читать, а отдавать прямо в руки. Да разве можно молоденькой неопытной девушке такую свободу давать?
— От кого письмо получила?
— Из Симбирска, от подруги.
А бабушка своими глазами видела на конверте штемпель «Москва». Некому, кроме этого краснобая, Наташе из Москвы писать. Виду бабушка не подала, а на ус, как говорится, намотала. Наташа к обедне в собор пошла, а бабушка тем временем подобрала ключ и обыск в Наташином столе произвела. Так и есть: двенадцать писем из Москвы от этого господина! Сперва бабушка в ужас пришла, но прочитала письма и успокоилась: вполне приличный человек с серьезными намерениями; хотя из каждой строчки видать, что пишет мужчина влюбленный и страдающий, но все очень прилично и деликатно. Ни ручек, ни ножек, никаких этих романсов! Только в подписи: «Беззаветно преданный». В последнем письме пишет, что ближайшим летом поедет опять по Волге по своим делам и просит разрешения заехать в «незабвенную Никудышевку». Умненько написано: про любовь ни слова, а все ясно — любит.
Все меры бабушка приняла, чтобы скрыть свое преступление: всё уложила в том же порядке, как было, а вот поди же! — заметила противная девчонка. Скандал подняла:
— Кто у меня в столе шевырялся? Ты, бабушка?
— И не думала. А ты запирай, если родных ворами считаешь!