— Не посмеешь!
Третьего предостережения даже не заметили за шумом толпы. И вдруг — залп из винтовок. Точно горсть гороху бросили на железный лист…
Толпа бросилась врассыпную, а на лужке против дома исправника корчился в судорогах босой мальчик лет десяти…
Мальчика подобрали и унесли… Ваню Ананькина вечером выпустили. Его привлекли к делу в качестве подстрекателя…
Так зловеще началась конституция в Алатыре…
Интеллигенция попыталась собраться в зале городской думы для торжественного заседания, но появился исправник с нижними чинами и предложил разойтись.
Возмущались, спорили, ссылались на Высочайший манифест, обвиняли в неповиновении Высочайшей воле, грозили:
— Вы за это ответите!
— Хорошо. Потом ответим, а сейчас потрудитесь разойтись, или я употреблю военную силу!
Ворчали, называли кого-то «насильниками», а конституцию — провокацией, но пошли вон. Не было «вождя».