-- А к барыне... Надо дупелев занести... -- ответил он, подмигнув мне глазом, и зашагал по направлению к барским хороминам Афонасьи Петровны. За ним побежал и "не кобель, а золото"...
А спустя час и я был дома. Передо мною стоял светло начищенный самовар и радушно урчал, выпуская во все стороны белые облака охлажденного пара. На столе были густые сливки, варенье, румяные булки... В комнате пахло жженым кофе и чем-то вкусным, сдобным.
А там, на улице, было так скверно: дождь лил, как из ведра, и, увлекаемый порывами ветра, крепко стучал в стекла окон. На дороге и под окнами стояли целые болота грязной воды. Там было так серо, неприветливо, неуютно!..
И я чувствовал себя чрезвычайно довольным и счастливым. Одно только несколько смущало мое спокойствие и блаженство: прислушиваясь к порывам ветра и стуку дождя в окна и крышу, я невольно спрашивал себя: "а где-то теперь несчастный Карлуша?.."
Источник текста: Чириков Евгений Николаевич. "Рассказы". Том 1 . Издание товарищества "Знание". 1903 г.