-- Кто ж их знает! Сказали -- исправнику...
Николай Григорьевич с досадой махнул рукой.
-- Дурачье!
Он взял шляпу и трость и торопливой походкой пошел на земский пункт, чтобы самолично разобрать это "вопиющее безобразие" и, во что бы то ни стало, вытребовать себе пару лошадей.
На мосту, перекинутом через речку Брыску, представляющую собой очень большой овраг с песчаным дном и с очень маленьким ручейком воды посредине, Николай Григорьевич встретил громыхавшую по дощатому настилу пару карих земских лошадей с колокольчиками и вообразил, что это едут за ним.
-- Какого чёрта ты, Павел!.. -- начал, было, он, но остановился, остолбенев от изумления: в тарантасе, на сене, лежала громадная свинья и трясла своей тушей и ушами.
-- Стой!
-- Тпру! -- фальцетом произнес Павел, придержав лошадей.
-- Земские?
-- Земские.