-- Колечка!.. Пришла какая-то старая барыня, желает тебя видеть.
Николай Семенович вздрогнул, сорвался с постели и совершенно растерялся.
-- Позовите... Нет! Постойте! Да, да, -- забормотал он, тыкаясь во все стороны.
-- Ну, так как же сказать?..
-- Ну, что же стоите? Зовите же? -- резко закричал Николай Семенович, когда увидел, что мать продолжает стоять у порога и ждет чего-то.
Стыдно, невыносимо стыдно стало вдруг Николаю Семеновичу, и какой-то страх, робость пойманного на месте преступления школьника охватила и поглотила его.
-- Нет!.. Постойте!.. Пригласите в зал!.. Конечно, в зал. Сейчас выйду.
Мать ушла, а Николай Семенович совершенно без всякой надобности стал охорашиваться, оправлять костюм и переставлять вещи на письменном столе с одного места на другое, инстинктивно отклоняя минуту свидания с посетительницей. Когда уже все было готово и оставалось только выйти, -- Николай Семенович громко кашлянул, сделал строгое, холодное лицо и решительно вышел из кабинета, застегивая нижнюю пуговицу пиджака.
Предчувствие не обмануло его: пришла именно та старая барыня, которой он так боялся.
Анна Васильевна Свищева, облеченная в свое торжественное платье и шляпку, встала, выпрямилась и холодным металлическим голосом произнесла: