— Иди!..
— Ну, смотри… Грех будет… — Не беспокойся…
— Убежать некуда, ворота заперты, а неприятностей много будет…
— Вот видишь!..
Я перекрестился, и стражник спокойно пошел прикладываться.
Вернувшись от заутрени, я уселся к своему пасхальному столу и начал разговляться куличом и пасхой. Чем-то родным пахло от стола и от кулича с пасхой. Чудилось, что со мной невидимо сидят за столом мама, покойный папа, брат, тетки…
— Ну, милые, Христос воскресе! — говорил я и нюхал кулич.
— Зоя, моя светлая чистая невеста, Христос воскресе!..
И, отыскав на холодной стене то место, в которое я бил карандашом, перестукиваясь с Зоей, я трижды поцеловал камень…
— Тук-тук, тук-тук!..