-- Скубентовъ искоренилъ и жидовъ.
-- Какъ онъ сіе свершилъ?
-- Прикрылъ заведенія, а которые враги внутренніе,-- разослалъ и прогналъ въ мѣста отдаленныя и неотдаленныя.
-- Правильно: искоренитель интеллигенціи и жидовъ!
Иліодоръ и Кассо теперь самые популярные герои въ провинціи. Въ каждомъ городѣ имѣется теперь масса семей, съ языка которыхъ не сходитъ имя министра. Поминаютъ его походя. Благодарности, конечно, не чувствуютъ. Про молодежь и говорить нечего...
-- Куда мы идемъ? Вы скажите, куда мы идемъ!-- возмущенно вопіютъ родители.-- Единымъ взмахомъ пера г. Кассо дѣлаетъ до десяти тысячъ "политическихъ преступниковъ"... и при этомъ злорадно остритъ. Да развѣ это -- государственный мужъ! Развѣ ему мѣсто въ народномъ просвѣщеніи! Вѣдь студенческія волненія у насъ не новость, и даже университетскій сторожъ не будетъ ихъ объяснять нежеланіемъ учиться. А министръ никакого иного объясненія не находить и съ веселымъ сердцемъ разрушаетъ самыя дорогія культурныя цѣнности. Что бы вы сказали о такомъ губернаторѣ,который для уничтоженія крамольнаго духа повѣсилъ бы всѣхъ жителей и донесъ г. Столыпину: "полагаю возможнымъ снять усиленную охрану за полнымъ успокоеніемъ жителей ввѣренной мнѣ губерніи". А вѣдь политика г. Кассо очень напоминаетъ такого губернатора...
Привелось мнѣ нынче лѣтомъ побывать въ нѣкоторыхъ городкахъ сѣверныхъ губерній. Биткомъ набиты ссыльными студентами, разныхъ учебныхъ заведеній. Многіе не знаютъ, за что сосланы, нѣкоторые попали ошибочно, другіе только за то, что участвовали на похоронахъ Толстого или Муромцева. Универсанты, агрономы, технологи, путейцы, горняки... медички, бестужевки, всѣхъ профессій. И всѣ безъ разбора живутъ на положеніи ссыльныхъ за политическія преступленія. Ну, развѣ это не Шемякинъ судъ? Безъ суда, безъ слѣдствія, безъ разбора и толку сваливаютъ всѣхъ въ одну кучу, лишаютъ правъ на основаніи никому невѣдомыхъ причинъ -- сплошь и рядомъ за одно знакомство или родство съ "подозрительными ка-детами" -- заточаютъ въ холодныя дебри Сѣвера и отнимаютъ даже право зарабатывать себѣ хлѣбъ профессіональнымъ трудомъ. Развѣ при такомъ положеніи властей даже у политическаго младенца не раскроются глаза на наше государственное устройство? Развѣ въ молодомъ сердцѣ не можетъ проснуться и вскормиться вражда и жажда мести? Развѣ такое попраніе примитивной справедливости и законности не дастъ толчка мысли въ одну опредѣленную сторону? Не могутъ же эти десять тысячъ выкинутой за бортъ жизни молодежи питать благожелательныхъ чувствъ къ такому произволу! Развѣ г. министръ народнаго просвѣщенія не сѣетъ сѣмянъ государственныхъ преступленій щедрою рукою?..
Какъ хотите, но г. Кассо, какъ и о. Иліодоръ, оказываютъ огромнѣйшую услугу грядущей революціи: оба разрушаютъ, ничего не созидая, и обильно бросаютъ сѣмена ненависти, недовольства, мести въ будущемъ...
По закону министръ не имѣлъ права исключать самолично студентовъ и медичекъ, ибо это дѣло особыхъ совѣтовъ учебныхъ заведеній. А онъ исключилъ... Новый примѣръ законности. Министры показываютъ примѣры, а г.г. губернаторы поучаются. Анархія и правовой хаосъ надвигаются на насъ со всѣхъ сторонъ, и плохъ тотъ становой, который теперь не кричитъ народу:
-- Я вамъ -- Царь и Богъ!