Виктор стоит у перил и теребит в огромных руках старую ушастую шапку. Он не хочет сдаваться мельнику. Попробуй, найди другого такого плотника, как он! Теперь вообще стало мало плотников...
Мельник запускает обе руки в карманы брюк протягивает ноги в дорогих поярковых валенках и обращается к стоящей в очереди солдатке:
-- Тебе пока нет пособия, приди через недельку.
-- Мне нечего есть, ребятишки ревут с голоду. Я хожу к тебе который раз, и все пусто... -- говорит солдатка дрожащим голосом.
-- И еще придешь,-- с непоколебимым спокойствием отвечает мельник. Он распоряжается, как у себя на мельнице.
Солдатка плачет, а за ней целая очередь мужиков и баб. Они стоят и глядят на мельника с надеждой и тонкой. Бабы отталкивают плачущую. Оказано ведь ей, чего же она стоит тут и задерживает народ? Солдатка не уходит, она пришла сюда за десять верст, она не может вернуться с пустыми руками.
-- На кой вас леший и выбрали только, ходишь, просишь который раз!.. Хоть с голоду околевай... Что я стану теперь делать? -- говорит она с отчаянием и утирает лицо передником.
Мельник приподнимает голову,-- он, мол, входит в ее положение, но судите сами, что он может сделать, раз не пришли деньги из города? Не может же он отдать свои и остаться не при чем, у него и своих забот достаточно.
Баба отходит в сторону и разражается ливнем слез; плечи ее трясутся, она сжимается в мокрый комок. Мельник приподымается на стуле и говорит ей, повысив голос:
-- Приходи ко мне на мельницу просевать муку, я хорошо заплачу!