-- Пока не построишь маслобойку, от тебя не получишь денег,-- говорит Виктор. Мельник задыхается от ярости, грозит позвать стражу. Члены комитета поднимаются со своих стульев и помогают ему выпроводить баб. Бабы уходят с бранью.
-- Выбрали, постарались... Революция тоже!..
-- Говорили, что без царя легче... Вот оно, как легче!
-- Кто умер, тот счастлив, тому ничего не надо.
-- Революция стоит за правду, а у этих какая правда? Накапать полный карман -- вот и вся ихняя правда!--сказала, блестя глазами, бойкая солдатка.
Виктор чувствует, что бабы правы. Ему ясно, что мельник нарочно затягивает выдачу, он спешит изо всех сил закончить маслобойку. Плотников-то мало осталось кругом: молодые, здоровые взяты на войну, а которые остались в деревне, те уже не ходят плотничать. Все заняты по хозяйству, сыновей-то нет дома, вот какая штука...
Тут Виктор с горечью признался себе, что порядочного дал маху, предложив когда-то выбрать мельника.
-- "Богатого надо выбирать, бедный на этом месте проворуется!" -- кричал он во всю глотку, и борода тряслась на его груди, как рыжее знамя.
Да... Если бы он знал, что за птица этот мельник, он бы не подавал тогда голоса за него. Что за железные когти у этого ястреба!