-- Я слышал, -- сказал один из них, -- что этот старик -- колдун. Недаром он такой старый.
-- Мне же говорили, -- обратился другой к атаману, -- что у него где-то в горах спрятаны несметные богатства.
-- Ну, потолкуем, что с ним делать, -- сказал атаман, -- а пока до поры до времени свяжем его и положим на траву.
Старику связали руки и ноги. Он не сопротивлялся, да и не стоило бороться. Он был один, а их -- семь человек, и все такие рослые, здоровые малые.
Отойдя в сторону, разбойники принялись совещаться. Они долго спорили, кричали, бранились, наконец решили подвергнуть священника ужасной пытке -- привязать его повыше к дереву и разложить под ним костер, чтобы огонь жег подошвы его ног.
-- Тогда старый колдун сознается, куда он запрятал свои богатства, -- с усмешкой сказал жестокий атаман и подошел к дону Педро.
Между тем старик-священник не думал о своей судьбе. Он горевал только, что ему не удалось попасть к Хуаните, и мысленно молил Господа отпустить ей грехи и успокоить ее грешную душу.
-- Ну, -- сказал атаман, -- готовься, старикашка. Если ты сейчас не скажешь, где спрятаны твои деньги и богатства, мы разложим под твоими ногами огонь, и он заставит тебя сознаться.
-- У меня одно сокровище -- моя вера. Одно богатство -- любовь к людям и молитва, -- спокойно ответил дон Педро. -- Не бери же греха на душу, не мучь беззащитного старика, лучше отпусти меня. Я тороплюсь к умирающей. Мне нужно успокоить ее, и я боюсь опоздать в Кампаньону Эрмозу.
-- Старый скряга, -- проворчал атаман. -- Не хочешь сознаваться -- пеняй себя!