Вот послышался стук в дверь. Старуха -- служанка патера открыла ее, и в комнату вошел озябший мальчик.
-- Отец, отец мой, -- заговорил он, -- стоит бурный ненастный вечер, но не откажи исполнить мою просьбу... Я пришел из деревушки Кампаньона Эрмоза, меня прислала старая Хуанита.
-- Как? -- удивился священник, -- Хуанита? Та, которая не боялась Бога, не стыдилась людей, та, чье сердце было, как камень, а язык -- как ядовитое жало скорпиона? Зачем ей понадобился священник в такое ненастье?
-- Отец, Хуанита -- моя тетка. Всю жизнь она жила неправедно, но теперь, в смертный час, в ее сердце проснулось раскаяние. Ей хочется примириться с Богом, принять святое причастие и с облегченной душой встретить великую минуту.
Не говоря ни слова, священник поднялся с места, велел своей старой служанке Сильвии приготовить осла, взял запасные дары, молитвенник и сказал мальчику:
-- Мой долг прийти на помощь жаждущей покаяния бедной душе, только тебе придется вести моего осла. Глаза мои плохо видят, я не могу управлять им в этой темноте, а своего старого слугу я отпустил сегодня.
Через несколько минут по крутой горной тропинке шел мальчик и вел осла, на котором сидел престарелый священник. По узким ущельям и по крутым спускам, по неудобным подъемам осторожно пробиралось умное животное. Наконец путники очутились в густом дубовом лесу. Жутко было мальчику, но старик ничего не боялся. Он только читал молитвы и молил Господа вовремя привести его к умирающей и помочь ему успокоить душу и облегчить сердце старой грешницы. Дон Педро был до того погружен в молитвы и благочестивые мысли, что точно проснулся, когда какие-то люди остановили осла, его самого схватили за руки и вытащили из седла. Это были разбойники. С криком отчаяния мальчик бросился бежать и вскоре скрылся в соседних кустах.
-- Ну, старый, где у тебя деньги? -- закричал атаман.
-- У меня ничего нет, кроме молитвенника и запасных даров, которые я вез к умирающей.
Тем не менее разбойники обыскали патера, отняли у него тощий кошелек с несколькими медными монетами, взяли святыню -- дарохранительницу и с досады, что не нашли ничего больше, стали бить старика и смеяться над ним.