-- Какое такое, Марфуша?
-- Нагнись, давай ухо!
-- Ухо? Зачем? -- удивился Солнцев. -- Говори так, ведь здесь никого нет!
-- Нет, нельзя так, нужно на ухо, -- стыдливо говорила боярыня.
Солнцев с улыбкой нагнулся и подставил ей ухо. Боярыня, раскрасневшись, закрыв глаза, тихо прошептала несколько слов.
-- Да неужто правда? -- радостно воскликнул Солнцев.
-- Правда, правда! -- конфузясь, говорила Марфуша.
-- Ласточка ты моя сизая, голубка ты моя, Марфушенька, вот уж подлинно-то обрадовала ты меня! -- говорил весело Солнцев, обнимая боярыню и целуя её. -- Это нам Бог за всё наше горе посылает!
Вдруг он остановился и начал внимательно вслушиваться.
-- Что ты, касатик, что, родимый? -- тревожно спросила боярыня.