И мучается боярыня и страдает, начинает молиться, и молитва не идёт на ум.
-- Извелась ты совсем, моя любушка, -- заметил ей однажды Солнцев.
Боярыня расплакалась.
-- Да почто же ты, любушка, о чём такое? -- встревожился Солнцев.
-- Да мне всё думается... -- начала было боярыня, но остановилась.
-- Что? Что такое думается?
-- Да что ты разлюбил меня! -- проговорила, улыбаясь сквозь слёзы, боярыня.
Солнцев при этих словах даже отшатнулся.
-- Разлюбил?! Да кто же это сказал тебе, да кто тебе нашептал?
-- Уж я и не знаю, так мне думается, совсем ты какой-то чудной стал, не такой, как был, теперь и не узнаешь тебя.