-- Да я так, к слову только сказал, да и старик мой куда древен, того и гляди, помрёт.
-- Долго там пробудешь?
-- Недельки две полагаю.
-- А оттуда завернёшь к нам?
Михайло несколько смутился, но быстро оправился:
-- А что мне здесь делать-то? Вишь, вашим вольным людям не по сердцу мы с князем пришлись, ну и пусть остаются одни.
-- Каким вольным людям, одному Всеволожскому только.
-- Как так Всеволожскому? Ведь все кланялись князю о выезде.
-- Вот то-то и горе наше, что на вече у нас толку нет. Сидел я, Михайло Осипович, и думу горькую думал, вот глядя на знамение: не к добру оно нам. Сам Бог указывает это, за грехи наши, знать, наказание пошлёт. И чудное дело! Какё самого начала не было у нас никакого порядка, так и доселе нет его; народ уж у нас такой!
-- Вольный! -- засмеялся Михайло.