-- Спасибо, боярин, на привете да добром слове.
-- Ну, пойдём в хоромы, а то тебе с дороги-то и повечерять нужно.
-- Не поздно ли о вечере-то разговор вести?
-- Да я и сам ещё не вечерял: словно сердце чуяло, что ты придёшь.
Они вошли в хоромы; на столе стояли различные блюда, кубки и жбаны, приготовленные к ужину, словно для нескольких гостей. Любил боярин Симский покушать и выпить всласть.
-- Ну какими же ветрами тебя к нам принесло? -- спрашивал Симский, усаживая за стол.
-- Не ветром, боярин, а Волховом. Отпросился у князя во Псков с родителем повидаться; Бог весть, придётся ли ещё со стариком свидеться.
-- Что так, аль о смерти задумал?
-- Чай сам знаешь, в которую сторону иду. Здесь у вас вольных людей только в Волхове топят, а там земля подневольная, татарвой переполнена, того и гляди, какой-нибудь поганый голову снимет.
-- Не узнаю я тебя, Михайло Осипович, куда твоя удаль девалась?