Боярин в дружинником ушли. Было уже поздно, но когда они вошли на митрополичий двор, то в окнах покоев владыки светился ещё огонь.
Не без душевной тревоги входил Солнцев ко владыке, который в свою очередь был немало удивлён поздним посещением незваных-непрошеных гостей.
Те подошли под благословение. Владыка благословил их.
-- Что так поздно? Аль приключилось что?
-- Прости, святой владыка, за то, что потревожили покой твой, только и впрямь приключилось страшное дело! -- заговорил Симский и начал в коротких словах рассказывать о заключении боярыни, о том, как освободили её.
-- Знал я, что злодей он, великий злодей, -- тихо говорил владыка, -- а этого не ждал я и от него. За что же это он её в погреб живую-то, ведь, чай, что-нибудь и было? -- спросил он, немного помолчав.
-- Было, владыко! -- вспыхнув, говорил Солнцев.
Владыка пытливо взглянул на него.
-- Что же было-то? Виновата, знать? -- спросил он мягко.
Солнцев несколько мгновений молчал.