Онъ ѣхалъ изъ Норфолька, гдѣ въ барскомъ жилъ дворѣ
И личныя дѣлишки обдѣлывалъ безъ страха.
Въ широкій плащъ закутанъ, со скромностью монаха,
Онъ сзади всѣхъ насъ ѣхалъ на статномъ скакунѣ.
24.
Затѣмъ судья духовный былъ съ нами. Какъ въ огнѣ,
Лицо его пылало, по не было привѣтно,
А пара глазъ заплывшихъ была едва замѣтна.
Горячъ и сладострастенъ онъ былъ, какъ воробей,
Съ бородкой очень жидкой, почти что безъ бровей.