Юруля въ повѣсти названъ "Чортовой Куклой", а въ предисловіи "Героемъ Небытія". Кукла, герой -- понятія несовмѣстимыя, первое -- страдательное, второе -- дѣйственное. Согласованіе этого противорѣчія -- опять метафизика. Здѣсь, я думаю, ошибся К. И. Чуковскій, который въ Юрулѣ видитъ чистое небытіе, математическій нуль. Собственно, Юруля неизъемная часть Бытія,-- того антитетическаго начала внутри Бытія, которое противоборствуетъ высшему самоутвержденію Бытія въ Вѣчной Любви.
"Аполлонъ", No 9, 1911