— Не бойтесь, нам не придется его тащить, он сам нас потащит на себе.
С этими словами профессор влез на ствол, и, орудуя кухонным ножом, принялся срезать шляпку гриба. Она сначала съехала на бок, потом сорвалась, покатилась и шлепнулась возле самой воды внутренней стороной кверху.
Профессор схватил меня за шиворот, поднял и кинул и мягкую грибную подушку. Через секунду рядом со мной шлепнулся чемодан. Затем профессор тащил шляпку в воду и сам вскочил на нее. Наш плот закачался на светящихся струях.
— Ура, поехали! — вскричал он, чрезвычайно довольный своей выдумкой. — Так будет спокойнее и быстрее.
— Скажите, профессор, — спросил я, — отчего здесь так пышно разрослись грибы, а травы, цветов и деревьев совсем не видно?
— Потому что для травы и деревьев нужен солнечный свет, а грибы могут расти и в темноте. Сырые, плодородные берега этой реки отданы в их безраздельное владение, и вот они растут, велики и могучи. После того, как мы выполним главную задачу нашего путешествия, я поведу в эти пещеры научную геологическую экспедицию. Здесь могут быть интереснейшие представители не только растительного, но и животного царства.
— Воды этой реки кишат жизнью, — заметил я.
— Почем вы знаете?
Я рассказал профессору о тех рыбах, которых я увидел, прыгнув в воду.
— Вот и отлично! Значит мы можем заняться ужением. Я безумно люблю удить рыбу. Летом я каждый вторник езжу на Охту и ловлю рыбу в Неве. Но там рыба самая обыкновенная — корюшка, салака, окуньки. Вот здесь, должно быть, чудеса. Надо сейчас же сделать лесу и крючок. За наживкой дело не станет — этот гриб довольно червивый.