Валя вдруг вспомнил, что у Кости карманы были набиты камнями. Они утянули его на дно. Он теперь знал наверняка, был уверен, что Костя утонул. Слезы хлынули из его глаз. В невыразимой тоске он выбежал на середину острова и закричал в темноту тонким, срывающимся от холода голосом:
— Костя! Костя! Костя!
В плену
Костя очнулся и открыл глаза. Огромные огненные языки плясали вокруг него, гудя и свистя. Костина голова от боли раскалывалась на части. Он снова опустил веки, чтобы ничего не видеть. Но уже не мог избавиться от треска огня и шума голосов. Он слышал чей-то оживленный разговор и мало-по малу стал прислушиваться.
— Я встретил сегодня Петьку Березу, — сказал один голос. — Он говорил, что ночью будет облава.
— А нам что? — ответил другой. — Петьку выволокут из его бочки, а до нас не доберутся. Про оранжерею никто не знает.
— Этот нас выдаст, — произнес третий голос, который показался Косте знакомым.
Голоса смолкли, и Костя почувствовал, что на него внимательно смотрят. Он снова открыл глаза.
Свет костра прыгал по досчатым стенам. В покатом потолке была дырка, через которую смотрела бледная звезда. Костя лежал на полу и рядом с ним горел костер, грея ему правый бок. Костер был разведен из сухих пальмовых ветвей, целыми грудами сложенных по углам. Над костром на проволоке висела черная кастрюля, в которой булькала кипящая вода. Три мальчика сидели вокруг костра и молча смотрели на Костю. Свет прыгал по их неподвижным закопченным лицам. Одного из них Костя сразу узнал. Это был Вислоухий. Его порванное ухо при свете костра казалось еще больше и свисало почти до плеча.
— Лучше бы он подох, — сказал Вислоухий, со злобой глядя на Костю. — Зачем его вытащили из воды? Он нас выдаст!