Я понимаю, что можно быть вагнерианцем, но зачем же путать правду с неправдой и воинственные патриотические измышления черного мага Германии выдавать за нашу русскую песню! Наша Русь умела петь дивные песни и -- верю -- не разучилась их петь.
Но, если строгую красавицу опоили зельем негодяи и она -- пьяная -- запела, надрываясь, гнусную и бесстыдную частушку, я не стану обманывать ни себя, ни другого.
Революция -- не идиллия. Это верно. Но революция должна быть верна самой себе. В эти дни революция себе изменила. И тот мерзостный кабацкий мотив, который звучит сейчас в доме свиданий, названье коему "Брест-Литовск"19, я не могу по совести назвать симфонией революции. Это клевета на революцию. И это прекрасно сознают все честные революционеры и прежде всего ветераны революции, -- ну а революционные parvenus20 -- те, конечно, обделывают свои делишки. Им все равно. Им наплевать.
Александр Блок -- романтик и лирик. Бог простит ему его заблуждение. Но его безбожным товарищам по "интернационалке"21 нет оправданья. Блок только бессознательно выразил сущность "анархического мистицизма", того мутного хаоса, который ныне торжествует на обширнейших равнинах обманутой России.
Но говорят, что "красный призрак коммунизма гуляет по всей Европе". Так ли это? Возможно, это такой призрак в самом деле совершает свою прогулку из Циммервальда в Киенталь и обратно. Возможно, что он время от времени появляется то на пороге chambre des députés22, то еще где-нибудь. Но призрак -- увы! -- только призрак. Пусть его вызывают медиумы Смольного и спириты " интернационал ки". Но живая история и всемирная революция, слава Богу, не спиритический сеанс.
28 января 1918 г.
ПРИМЕЧАНИЯ
Печатается по тексту первой публикации: Народоправство. 1918. No 23/24. С. 13--15.
Данная статья -- характерный образец публицистических выступлений Г. И. Чулкова на страницах редактировавшегося им ежемесячника "Народоправство". Сторонник религиозного почвенничества, он пришел к абстрактно-метафизическому оправданию "вечной правды" революции, увидев в ней реализацию идеи "неприятия мира" и "последнего утверждения личности", однако решительным образом отверг идеологию большевизма с ее атеистическим и интернационалистским пафосом. Статья является откликом на книгу Вяч. Иванова "Родное и Вселенское" (М., 1917), интерпретируемую в духе "мистического анархизма", и статью Блока "Интеллигенция и Революция" (Знамя труда. 1918. No 122. 19 янв.), авторы которых противопоставлены по типу восприятия революционных событий -- религиозно-мистического и стихийно-романтического.
Ознакомившись с публикацией, Блок отметил в записной книжке 3 марта 1918 г.: "Номер "Народоправства" (23/24). Г. Чулков "прощает" меня за статью "Интеллигенция и Революция"" (ЗК, 393).