-- А где же Александр Петрович? А Танечка где?
-- Уехали.
-- Как уехали? Вместе? Куда уехали? -- забеспокоился Сусликов.
-- Нет, не вместе, а куда -- не знаю.
-- Анна Николаевна по крайней мере дома ли?
-- Дома, но больна. К ней нельзя.
-- Мне можно, можно, -- залепетал Сусликов, вылезая из своей хорьковой шубы. -- Я друг дома. Мне можно.
-- Нет, уж, извините. Я вас не пущу, -- нахмурился Ванечка.
-- Это что за охранитель такой, Господи помилуй, -- рассердился Филипп Ефимович.
-- Не пущу, -- повторил сердито и решительно Ванечка.