-- Чего хотите?
-- Присутствовать хочу.
-- Сейчас же уезжайте домой, -- нахмурился князь.
Аврорина съежилась, склонила покорно голову и, скрипнув дверью, вышла из залы.
-- "Некогда не было ни мужчин, ни женщин", -- поучал господин Феникс своих теософов. -- "Некогда единополый человек производил другого из самого себя"...
Князь пристально и зорко следил за Поляновой. Она сидела, отвернувшись от князя, комкая в руке платочек.
-- "Оплодотворение было внутренним актом. Теперь, как известно, тело лишено этой способности. Оно теперь нуждается во взаимодействии с другим телом для того, чтобы произвести новое существо"...
Но князь не слышал голоса докладчика и не видел его лица. Он только видел дрожащие пальцы Анны Николаевны и белый платочек, трепетавший в ее руках.
-- "Их жизнь была подобна сну", -- пел теософ.
-- Неужели прошло восемнадцать лет? -- думал князь. -- И прошлое как сон какой. Сколько ей теперь лет? Тридцать семь? Нет, тридцать восемь, пожалуй...